July 3rd, 2015

Что может спровоцировать новый виток войны на Украине

"Лента-ру" автор - Евгений Крутиков.

"Что может спровоцировать новый виток войны на Украине

Относительное затишье в боях на юго-востоке Украины позволило группировке Вооруженных сил Украины (ВСУ) существенно вырасти — причем наращивание сил продолжалось даже после того, как число бойцов, принимающих участие в антитеррористической операции (АТО — так в Киеве называют боевые действия в Донбассе), превысило отметку в 50 тысяч человек. Еще важнее, что психологически военные в Донбассе уже привыкли к постоянному режиму войны, а диспропорция в количестве и составе войск и сложившаяся линия фронта попросту вынуждает обе стороны перейти в наступление. Появившиеся на этом фоне слухи об изменении формата соглашений до «Минска-3», а также очевидное нежелание Киева договариваться — накануне Петр Порошенко заявил, что никакого особого статуса Донбассу не предусмотрено, — только подстегивают ситуацию к развитию по негативному сценарию. «Лента.ру» взвесила, каким он может быть.

Привыкание к войне

Разговоры о третьих Минских соглашениях отчасти провоцируются и самим руководством ополчения. Дело в том, что психологическая атмосфера в Донецке за время последнего перемирия накалилась даже сильнее, чем за зимнюю кампанию. В конце концов ополчению пришлось переселять чуть ли не весь Куйбышевский район города, более других страдавший от обстрелов со стороны ВСУ. В информационных вбросах о возможных рамках нового соглашения как раз чаще всего мелькают пункты о новом механизме отвода тяжелого вооружения.

Однако есть большие сомнения в том, что в принципе возможно выработать действующий механизм такого отвода и мониторинга. Это еще ни разу не получалось ни в одной точке мира, а уж в обстановке такого рода войны - это абсолютно нереально. Тем не менее все это красноречиво подтверждает, что у вооруженных сил Новороссии (ВСН) существуют сложности чисто военного характера, из-за которых они, так же как украинская сторона, вынуждены не «разгонять» конфликт, а временно деэскалировать его. Но только временно.

Большим гуманитарным достижением считается то, что на данный момент нет боестолкновений интенсивности Дебальцево или Иловайска. То, что творилось в Марьинке и Песках, уже не считается чем-то из ряда вон выходящим, что само по себе характеризует степень привыкания общественного сознания к войне и переход военных действий на другой, более сложный уровень, требующий более объемных военных решений. Размениваться на локальные операции не хочет ни одна из сторон, но если наступательные планы ВСУ очевидны, то выбор у ВСН более разнообразен, хотя их готовность к масштабным боевым действиям нельзя назвать идеальной. Рассмотрим расстановку сил.

Проблемы ополчения

Преимущество планирования ВСН в том, что они могут не строить масштабных, «долгоиграющих» наступательных операций, имея перед собой вполне локальные цели, которые в то же время вполне тянут на крупные психологические и стратегические победы. Первостепенная задача руководства ДНР/ЛНР состоит в простой тактике: максимально отогнать ВСУ, а особенно дальнобойную артиллерию от Донецка, что, само собой, может привести к прорыву фронта на западном направлении, а это для Киева смерти подобно. Любой, кто знает карту местности, понимает, что за Марьинкой и Курахово на запад страны — голая степь с редкими хуторами и небольшими селами. Такую картину можно наблюдать вплоть до Днепропетровска и Запорожья, где нет никакой обороны.

Поэтому операция, которая может начаться как обычная для этой части фронта контрбатарейная дуэль, в потенциале способна перерасти в масштабное контрнаступление. Однако необходимо оговориться, что в реальности создать на этом участке перевес сил или хотя бы равенство ВСН будет крайне трудно.

Если Киев в состоянии бесконечно долго наращивать количество войск на линии фронта, то у ВСН таких возможностей нет. Даже если всем жителям ДНР/ЛНР выдать по танку, все равно равновесие достигнуто не будет. Мобилизационные возможности Киева в разы больше, сколько бы добровольцев ни прибывало в ВСН. Не уравнивает положение даже лучшая подготовка солдат ВСН и их арсенал.

В настоящий момент численность группировки Киева в регионе уже превысила 50 тысяч человек и продолжает увеличиваться. Даже если все это мобилизованные, плохо вооруженные солдаты на разваливающейся технике, количеством они все равно удерживают нужные участки фронта в постоянном напряжении.

Все нестандартные решения этой проблемы были использованы еще весной, когда наиболее боеспособные части ВСН метались по всему фронту, фактически создавая видимость большого количества войск. В силу выучки и лучшего, чем в ВСУ, положения с транспортом, эта стратегия была до определенного момента вполне эффективной. Иногда даже десять человек могли противостоять крупным украинским частям (как в Широкино), просто перемещаясь из одной части села в другую. В такой круговерти немудрено, что люди устают, старослужащие вынуждены оставаться на передовой сверхсрочно, чтобы как-то ввести в курс дела новобранцев из тыла. Помимо прочего, чрезмерно напрягается снабжение, на пустом месте растет расход топлива, а бойцов преследует множество мелких неприятностей, которые, накапливаясь, могут привести к одной, но крупной.

Отдельная проблема — ремонтные базы, которые невозможно передвинуть ближе к передовой, чтобы они не попали под огонь артиллерии. И если за период «бригадизирования» удалось хотя бы на бумаге создать две боеспособные бригады первого эшелона, то тыловые службы далеки от идеала. Это не вина, а беда ВСН, как любого воинского образования, которое формировалось с нуля. Дополнительно приходится держать довольно много людей в оперативном подчинении комендатур и службы безопасности, поскольку активность диверсионно-разведывательных групп (ДРГ) противника надо как-то пресекать. Да, в последнее время ополчение сумело резко сократить активность украинских ДРГ, но протяженность фронта и своеобразие местности все равно оставляют много возможностей для диверсий и шпионажа. В итоге работа ДРГ с обеих сторон переместилась ближе к линии фронта, где в ежедневном режиме переросла в классическую диверсионную деятельность малых групп.

Продолжаются бои за локальные, но стратегически важные объекты — в частности, объектом пристального внимания остается Луганская ТЭЦ в поселке Счастье, которую до недавнего времени контролировал батальон «Айдар». Для Луганска, который так и не вышел из последствий гуманитарной катастрофы осени-зимы, стабильный контроль над ТЭЦ критично важен.

Таким образом, вся ситуация вынуждает командование ВСН искать непрямые ходы воздействия на ВСУ. Главной проблемой стала концентрация на выбранном участке фронта достаточно подготовленных сил для масштабной операции. По итогам боев за Марьинку эта концентрация происходит за счет механического втягивания в боестолкновения соседних и тыловых частей по ходу эскалации боя. В такой ситуации никакого стратегического планирования не осуществишь, бой превращается в мясорубку по схеме Первой мировой, только с другим вооружением и другими тактическими приемами.

Непрямое действие

В итоге у ополчения не остается иных вариантов, кроме как перейти к доктрине непрямого воздействия. На деле эта стратегия может означать оказание постоянного давления хорошо подготовленными частями при поддержке бронетехники одновременно на нескольких участках фронта. Дело здесь в том, что ВСУ не в состоянии определить направление главного удара. Концентрируя свои силы на двух (считая статичный участок Мариуполя, перенасыщенный войсками, — на трех), они автоматически считают весь остальной фронт «лишним». И одновременное начало боестолкновения, скажем, у Троицкого, Песков и в районе Дзержинска гарантированно введет в ступор украинских военных: ВСУ еще ни разу не удавалось успешно осуществить переброску значительных сил с одного участка фронта на другой. Начинается хаос. Кроме того, никто не даст гарантии, что бронетехника ВСУ способна пройти за раз более 150 километров, не заглохнув. Поэтому можно поставить под сомнение эффективность даже тех резервов, которые ВСУ от избытка эмоций упорно держит в Артемовске и Краматорске.

Вероятнее всего, такая атака поможет на время отучить ВСУ от попыток втягивать в локальные бои крупные силы ВСН на второстепенных участках, а кроме того, поставит под сомнение все наступательные планы Киева. Возможно и более активное использование диверсионных групп в тылу противника, особенно против артиллерийских батарей и РСЗО, а также в отношении дорогостоящих военных объектов, в частности, радарных комплексов и систем ПВО. В ряде случаев такая борьба даже более эффективна, чем прямое фронтальное столкновение.

К слову, похожая обстановка сложилась в 1994-1995 годах в Боснии, когда сербские части имели достаточно оружия и были весьма прилично подготовлены, а боснийские, наоборот, испытывали нехватку современного вооружения, но значительно превосходили сербов в живой силе. На отдельных участках такого же длинного, но очень сложного по рельефу и конфигурации фронта это соотношение порой было просто катастрофическим. Тогда генералу Ратко Младичу пришлось изобретать сложные схемы, чтобы добиться концентрации своих сил на одном выбранном для удара направлении за счет оголения других участков. В основном это давало результат, но всегда было крайне рискованным, если не авантюрным, учитывая еще и нестабильную политическую ситуацию, а иногда даже бесконтрольность некоторых отрядов.

Подобное маргинальное состояние на фронте вынуждает обе стороны к организации наступательных действий. Это только в теории подобные диспропорции ведут к ослаблению боевых действий. На практике они вынуждают одну сторону концентрировать большие массы войск на одном или двух выбранных стратегических участках (а это всегда заметно), а другую — маневрировать имеющимися резервами, чтобы точно так же нащупать у противника слабое место. Обе стороны при этом по диаметрально противоположным причинам полагают, что способны нанести противнику решающее поражение. В нашем случае к этому добавляется огромная политизация войны, когда отдельные населенные пункты приобретают чуть ли не сакральное значение и этим «притягивают» к себе войну, даже когда в ней нет практического смысла. Так было в Никишино, затем в аэропорту, сейчас в Широкино, где обе стороны несут неоправданные потери (в некоторых батальонах — до трети личного состава за последний месяц) в ничем не оправданной бойне. Это тот самый печальный случай, когда сама обстановка на фронте и вокруг него провоцирует войну, разгоняет военные действия вопреки существующим в параллельном мире политическим процессам."
Офицер РККА

И снова по Широкино



В ДНР сообщили http://rusvesna.su/news/1435830434, что в одностороннем порядке "демилитаризируют" поселок и передают его под контроль ОБСЕ, попутно отводя войска из поселка.
Хунта вместе с тем отрицает прекращение боев в поселке. Ниже подборка заявлений со стороны хунты по происходящему вчера и сегодня в Широкино.
Collapse )
Матрешка

Про местные выборы на Донбассе



Касательно заявлений на тему того, что местные выборы в ДНР и ЛНР пройдут по украинским законам (но не в тех случаях, когда они противоречат законам местным) вопреки всему, в том числе базовым документам лежащим в основе народных республик, а так же здравому смыслу.
Collapse )

Сообщение от Стрелкова 02.07.2015

"Противникам России нужна "безоговорочная капитуляция" Москвы, а не "почетная сдача". Москве "сохранить лицо" они не дадут. И поставят перед выбором: или воевать или сдаваться без всяких условий (т.е. сначала сдача Новороссии, далее Приднестровья, далее Крыма и далее и далее... Со сдачей Широкино (само по себе не имеющего тактического значения, так как село лежит в котловине, окруженном высотами) боевые действия не прекратятся. Следующее село, которое будет ежедневно обстреливаться - Саханка. Заняв Широкино, укры оказались в том же самом положении ,как до того ополчение. Так как восточные высоты господствуют над Широкино наравне с западными. И теперь укров вполне удобно расстреливать с них (мирного населения в Широкино совсем не осталось - все эвакуированы). Реальную ситуацию после оставления села мне пока не доложили. Есть и другой вариант, что укры пытаются "развить успех" и заранее обвиняют ополчение в "нарушении обязательств". Они-то боевые действия не прекратят ни в коем случае. Лично я (и не только я) всегда считал, что "сидение" в Широкино ведет только к ненужным потерям среди добровольцев 9-го полка. Тактическое значение села - нулевое. Это еще одна "Марьинка" (совершенно также контролируемая с окрестных высот, с которых и ведет обстрел Донецка укрская артиллерия). Чтобы нормально закрепить за собой Широкино, требовалось взять высоты западнее (сейчас - сильно укрепленные украми). Но даже их взятие мало что давало, так как лобовая атака на укрепленный Мариуполь бессмысленна и чревата большими потерями. Но "щелчек по носу" для ВСН серьезный. Укры теперь смело могут писать о том, что "начали выдавливать ВСН". Надо ждать усиления их атак в таких же "проблемных" для ополчения районах.
Сосуществование народных республик и Украины возможно только в насквозь безумных (он сам в это не верит, конечно) высказываниях Пургина, верного ахметовского служки. Проводить выборы в органы власти "отдельных районов с особым статусом" означает измену присяге, которую принял Захарченко после того, как его избрал народ Донецкой Народной Республики. Фактически, Захарченко окончательно дезавуирует свои полномочия в качестве главы ДНР. Правовой статус республик в рамках "минского слива-2" означает ликвидацию данных республик с превращением их в некие "районы с особым статусом". По Изварино - пока всё спокойно. Никакой информации о "канонаде" нет. Пропускной пункт работает в обычном режиме."

Время сути. Введение

_

                                                           Дела давно минувших дней,
                                                        Преданья старины глубокой.
                                            (А.С. Пушкин, «Руслан и Людмила»

Как я и обещал, с сегодняшнего дня начинаю публиковать последнюю серию постов про «Суть времени». Я хочу раз и навсегда закончить с этой темой и не возвращаться больше к ней. Я и многие из тех, кто ушел из «Сути времени», в свое время потратили на это детище немало времени, нервов и сил. Потом, когда люди стали уходить (или их стали «уходить» – на них начали сыпаться разного рода помои, выдвигаться настолько лживые обвинения, что «хомячки Навального» по сравнению со многими активистами «Сути времени» казались вежливыми и честными людьми.
Collapse )