Omega45 (omega45) wrote,
Omega45
omega45

"Нас там не было..." (ч.2)

Оригинал взят у chervonec_001 в "Нас там не было..." (ч.2)
Начало:
"Нас там не было..." (ч.1)




…Садят двух автоматчиков в скорую, и снова у меня третья за сегодняшний день Дорога жизни.

А парни в Логвиново в это время уходят на небо… Честно уходят. Смело уходят. Но я пока не знаю, кто… Для меня они пока все живы...
Пока не буду рассказывать вам о госпитале. У Них в Логвиново бой идет. Пишу со слов выживших. Становилось все больше раненных разведчиков. Не заметили, как ночь наступила. Прилетели БЕСПИЛОТНИКИ. Уже два глаза Дьявола.
Прошла ночь почти тихо. Устали, видать, черти нас хоронить. На утро ТИШИНА.

«ВСЕ, парни, бой закончился», - сказал Твист.
Наши танкисты (один танк остался), как всегда, по Чайковскому прошлись с разведкой.
Выглянуло Солнышко. Как тут умирать можно? Красиво как жить! Но, увы, у войны были свои планы на мир и нашу жизнь.
Услышали, как завелись танки и коробочки противника. «Боевая!», - кричит Батя. Ну вот, снова гость - Беспилотник к нам пришел в небе. Сбили его наши. Это была разведка перед прорывом.

Напомню, Разведчиков вчера было 65, на утро сегодня много раненых.
Кто мог держать оружие, все в бой пошли. Раненных не успели вывезти. Пошла атака. Вернее, они пытались прорваться в Артемовск. Пытались… Это война.

Танкиста помните, Серого? Я писал (прим. - в прошлой части) про его «расстрел».

Один танк вышел в свой последний бой с танками противника. Один против трех! Против трех первых, что шли на прорыв. Подбили два. Третий зацепили, но и он попал по ним. Ранен весь экипаж. На подмогу подбитым танкам противника пришли коробочки. И что, вы думаете? НАШИ подбитые раненные танкисты пошли на таран! Этот бой они выиграли. Выползали из горящего танка и ползли сами в никуда… Кругом все горит. Пошла пехота на прорыв. Танки, коробочки, машины с командирским составом.

Танки подошли и в упор расстреливали Логвиново. АД. В наше БКа попали. У ребят заканчиваются патроны. РПГ нет. Терминатор: «Танкисту оторвало руку». Перевязали. Дали Антишок. В подвал отправили - это был наш медсанбат.

Говорит: «Парни, бросьте меня и уходите!». Может, кто-то и ушел бы, но не разведка. Наш Дядя Вася Терминатор так громко закричал, что, я думаю, и противник слышал: «МЫ своих не бросаем!».
А танкист ему в ответ: «Я же не ваш. Я танкист».
Терминатор: «НАШ ТЫ, БРАТ!». БРАТ! В Логвиново упали все дома! Всё горит. Дым, гарь, смерть.

Противник включил ГЛУШИЛКИ. Связи у нас нет со штабом уже сутки. Бой. Рев - АДА ! К этому времени все уже ранены. ВСЕ. Кто контужен, кто тяжело ранен. Тяжело ранен Гула. Погибли наши Братья. Ушли на небо Давид, Пума, Гера. Простите нас, парни. Вечная память…

Воспоминания Надым:

  • «Нет связи с ребятами. Штаб ждал сутки, что откликнется Разведка. К трем часам нам сказали, что ВСЯ разведка погибла. Что было со мной! Истерика! Там мои ребята ... Плакала долго. С передовой привозят раненных. С разных подразделений. Еду, перевожу их в госпиталь… В кабине сильно пахло жареным мясом и еще чем-то... «Танкистов везла...", - объяснила санинструктор...


  • "Все просили открыть окно, стеснялись, что от них плохо пахнет... Шестые сутки вывожу... Ты у меня сорок четвертый...". Горевшими телами танкистов пахло…


Да, на войне плохо пахнет… НО ТАМ все ЧЕСТНЕЙ! Если вам плохо будет где- то пахнуть, вспомните рассказ Надым.
А в Логвиново продолжался БОЙ Похороненных ШТАБОМ Разведчиков. Твист - . когда нибудь по этому эпизоду напишут пособие по выживанию. о том как остаться в живых, даже если это не предусмотрено в планах штаба !!! Логвиново больше нет – все сгорело.
Капа наш был тогда в Донецке. Он в госпитале лечился после ранения, полученного в Углегорске.

Когда ему сказали, что вся родная ему разведка погибла, он сорвался из госпиталя и раненный к нам, в Логвиново. Прорвался Капа к нам! Был тяжело ранен в том бою. Мужик! Разведчик! Человек!
Из Углегорска выдвинулась разведка Кадета - забрать всех нас, мертвых… Семь полков шли на прорыв. СЕМЬ! А нас 65 человек было - навсегда живых разведчиков. Я в госпитале и еще ничего не знаю...


Спеназ ГРУ ДНР. Логвиново.

Прошло столько времени после того боя, но каждый, кто остался жив, оставил там часть себя навсегда. ТАМ, в Логвиново…

Закончил писать эту часть - звонок мне: "Брат, а помнишь..? А там как нас..? А как мы..?".
Я долго слушал на той стороне "Эфира памяти" Брата. Когда он закончил свой монолог Войны, я понял, что Мы оставили Там больше, чем часть себя. Пишу со слов выживших.

Твист:

  • "Стрелковый бой начался быстро и неожиданно. Засвистело над головой. Разобрались по малым группам. По два автоматчика + пулеметчик. Слышны голоса противника. Близко. Подошли. Обещают СМЕРТЬ, но мы, как всегда, в глубину слов заходим. Ответ наш: "Мы обещаем изменить всем желающим ориентацию". И точку ставим в ответе - очередью из ПК и выстреломи из подствольников.


  • Ну, просим -дядя Вася Терминатор исполняет свой "коронный выход" с цыганочкой. Подняв ПТРД над головой, он стреляет наугад над забором. Крики ужаса, проклятия и замолчавший КПВТ противника. Атака захлебнулась и откатилась. Собираем пустые магазины и радуемся, что никого из наших на этот раз не зацепило. Мы тогда еще не знали, что эта атака — просто разведка боем. И что нас ждет еще пара "чудных дней" в обществе Градов, Смерчей и Ураганов. Ну и само собой разумеется - наших преданных фанатов, Чертей войны".


Мы пока еще живы... Небо красивое. Мирное. Но скоро оно позовет нас к себе. Спасибо, Твист, за память!

Но пока они живы и ведут там свой последний бой. Прикрывая собой нас, раненных. Все, кто был в подвале - медсамбате нашем - разложили возле себя гранаты. Геройствовали по-маленьку все.

Рысь невозможно было загнать в подвал. Раздобыла трофейный АКСУ - и давай шмалять через забор.
Сергеича оторвать от пулемета — вообще нереально.
Прут БМПэшки и пехота на подкрадухах, а этот Викинг выскочил с ПКМ на перевес на крышу и ведет свой неравный бой.
Ганс надыбал безхозные "мухи", и пока окончательно не оглох, вел свой бой.
Очень тихий и не разговорчивый Кайман подхватил РПГ-7 и подбил танк.

Это война... Танк не ожидал такого поворота событий. Обиделся, заехал за ближайшую хату, проелозил там чуток, да и затих. АД - всё, что тут можно сказать.
Кто был мальчишкой, становился в этом бою мужчиной, если выжил. Из всех разведчиков Рысь одна была среди нас девченкой. Смотрели на нее, как на сестру, понимая, что она - мама. Мама на войне. Это страшно. У каждого есть МАМА. А тут - смерть, и она с нами. Мамы наших детей! Вы все в тот момент были в девчонке. Каждый видел свою жену, маму, сестру в Рыси. Прикрывали ее, как могли. Твист вообще стал тенью Рыси.

А бой идет - крики, стоны, смерть... Жар дьявола усиливался. АД не на небе или под земдей - он был тогда в Логвиново.
Звонок мне от Гулы и снова: "Брат, а помнишь..?"

Воспоминания Гулы:

  • "С вечера я с Болгаром сходили к ,,Уралу" с БК. Там всё в металлолом! Нашли птуры - все покоцанные, "шмели" в дырах. Ни к чему прикоснуться нельзя. Взяли станину с оптикой. Оттащили в дом. До утра было почти тихо. Отстоял с 4 до 6, потом меня сменил... Позывной, братишка, извини, не помню. У него ещё СВДэшка без прицела была. Холодно. Февраль. К восьми началось - светопредставление. Зажигалки показали напровление. Я Сергеича с ПК цепанул - и айда за светлячками. На углу Вася без шайтана. Кричу: "Тащи! Мы прикроем с улицы". Выскочили к земляному брустверу у дороги, упали в разные стороны, работали на погашение УТЁСА на нашем бункере. Надо было срочно отвлечь и дать время нашим ответить.

  • Мы открыли огонь и приняли аплодисменты. Взрыв! Танк - не снайпер. Я ещё живой. Кричу: "Всё отняло, СЕРГЕИЧ!". Живой. Ожил. Появилась возможность уйти с линии огня. Зову пацанов. Перевернулся на спину, вытянул руку, кричу: "Забирайте! Сам не смогу!". Прибежал КУЗЯ, схватил за руку и тут на тебе - подруга снайперша! Поцелуй 7,62 в булку! Добивала, тварь! "КУЗЯ, брат, тащи!". Заволок во двор, а там суета. Пацаны занесли в дом, первая помощь - антишок, бинты. Бой идет. Мы уже не все живы... Сняли белые маскхалаты. Наша кровь, выступающая на них, становилась целеуказателем для снайпера".


Руины Логвиново накрыла ночь. Мы пережили ещё один кошмарный день боя... Царствие небесное и вечная память тем, кто не смог сегодня утром открыть глаза. На той стороне тоже лилась кровь, и мальчишки не успели стать мужчинами. Я с ранеными и с могилами не воюю...


Логвиново

Для нас главная задача - остаться Человеком. Задача самая невероятная, казалось бы, на войне. Но главная. Для всех ЖИВЫХ и ПАВШИХ уйти, если что, ЧЕЛОВЕКОМ.
Нет плохих наций - есть больные люди.

Парни мои, разведчики, это о вас: "Где трудно дышится, где горе слышится, будь первый там!".
"Больно", - сказало сердце... "Забудешь", - успокоило время... "Нет", - сказал я.
На моем теле есть отметины, которые напоминают мне о том, что
я НЕ просто Там был... Напоминают о том, что всегда может быть хуже, больнее, страшнее. Напоминают о событиях, о которых я, быть может, хотел бы забыть, но понимаю, что это нельзя забывать. Да я и не могу - шрамы не дают. В жизни лучшее, что я слышал, БЫЛА - тишина..

Дорога в госпиталь… Садят двух автоматчиков в скорую, и снова у меня третья за сегодняшний день Дорога жизни.
А парни в Логвиново в это время уходят на небо…

Забыл Вам рассказать о том, как меня в Углегорском медпункте врачи разминировали.

Пришел Болгар. На одеяло меня с ребятами положили - и в КАМАЗ.
Укладывают они меня, а я гранату под живот шмыгнул, кольцо на большой палец надел и лежу. КАМАЗ тронулся. Саперы держат меня за правую руку и каждую минут спрашивают: «Ты как, разведка? Держись!».
Я им: «Парни, если что, выдергивайте мою правую руку - там граната, в плен не сдамся».
Ответ привел меня в чувства: «Слышь ты, Разведка, мы – Саперы! У нас тут столько мин! К Богу на КАМАЗе приедем, если что…».

Так вот мои Саперы забыли сказать врачам, что у меня граната. А я к тому времени потерял сознание. Очнулся от того, что положили на операционный стол. Холодно - всю форму порезал Немец. Снова теряю сознание. Очнулся. На моей голове чья-то рука, а повернуться не могу, чтоб посмотреть, кто это. Позвоночник не дает. Увидел край руки в морщинах жизни. Бабуля моя? Гладит, как моя бабушка меня в детстве, и что-то говорит. Не разобрал я тогда, что говорила эта женщина. Пришел в себя и только успел сказать: "ГРАНАТА. Рука. КОЛЬЦО".
Что было дальше, не знаю. Когда пришел в себя, было много людей вокруг. Смотрели как-то не так на меня. Павлик Морозов. Все уже были наслышаны о Логвонском АДе. Услышал голос той женщины пожилой: "Я думала, что такое только в кино... И не думала, что такое на яву увижу".
Как она мне напомнила мне моего любимого мной человека тогда .. Это - МАМУ моей МАМЫ ! Лежит на носилках ..такое маленькое раненное само себя заминированное минное поле - тело . Рука правая затекла... кольцо не могут снять . . Разминировали они меня - и в скорую с двумя автоматчиками. Вся дорога простреливалась.

У меня третья за сегодняшний день Дорога жизни...
Сколько ехали, не помню - то приходил в себя, то терял сознание. Очнулся от боли. Меня привезли в больницу Горловки. Положили на операционный стол. Начали резать. "Нет осколка", - говорят. "На рентген его", - говорит ДОК.

Снова боль. Перекладывают на носилки. Делают рентген. Снова на стол меня. "НЕТ, - говорит, - осколка не на снимке, не тут".
И тут... Один ВЕТЕРИНАР, наверное, там был. "Режем его дальше!". Режут они меня супостаты дальше.
Кричу им: "ВЫ супостаты!. Говорю вам - позвоночник болит!".
Ух ты! Дошло. Везут опять на рентген. Женщина, которая меня туда-сюда на рентген катала, видела мою боль. Лежу. "Не дышите". А я уже и так почти не дышу... АДская боль.

Какое громкое УРА она закричала! НАШЛА! Я шепотом: "У..р...а...". Сам себя еле слышу.
Прошел осколок до почки, развернулся к позвоночнику и остановился в 6 мм от него. Снова на стол к супостатам (с любовью). Посмотрели они на снимок... Ого! "Как твой позывной?", - спрашивают. Отвечаю: "О..!".
"Нет, голубчик! ФАРТОВЫЙ у тебя позывной теперь! Меняй свой!".



Подняли меня на 4 этаж. Трое гражданских и я в палате. Один среди них был когда-то, до его ранения, мой враг. Теряю опять сознание. Очнулся ночью. ОН не спит... Спросил у тех двоих, почему этого не охраняют? "Так его только как 5 дней не охраняют. Наши разобрались, вроде, срочник".

Утро. Встать я один не смог - подняли гражданские. Попросил двоих выйти. "Нам нужно поговорить".
... Долго говорили, честно, не боясь. Руки я ему так и не подал. Не смог.
Намотал я на правую рабочую руку шнурок. Разведка знает, что это значит, а он видел, что на руке у меня. Война, будь ты, сука, проклята..!
Написал этот стих наш боец позывной Терминатор (Дядя Вася)

Мой одураченный народ,
Под свист американской плети
Ты, как на воле сатаны,
Забыл о совести и чести.

И память светлую дедов,
Простого русского солдата
За горсть паршивых медяков
Ты предал и восстал на брата.

Под стяг коричневой чумы
Со всех щелей сбегались бесы,
Чтоб утопить Донбасс в крови,
Стереть с лица земли на свете.

Сжигала хунта города,
Взрывала школы и больницы,
И даже храмов купола
Не пощадили кровопийцы.

Мой гордый и свободный край,
Ты не сломался, не склонился,
Донбасс, ты русским был всегда
И счастлив я, что здесь родился.

Мы свято чтим завет отцов,
Плечом к плечу и брат за брата
Мы знаем, что такое честь
И совесть русского солдата.


Вы думаете, он был со Львова? Нет! Он просто солдат. И я солдат. Мы смогли там, два раненых солдата из разных окопов войны, понять ЖИЗНЬ ВОЙНЫ и СМЕРТЬ МИРА. Были бы в бою - там другое дело. Он и Я. Ты или Он.

Не судите меня строго. Вы не были на моем месте. И, слава Богу, что не были...
Ад и Рай устроены одинаково. Разница - внутри нас. Все матери плачут одинаково.
Чтобы узнать цену секунды, спроси того, кто потерял близкого человека!

Слышу голос Надым, нашего санинструктора: "О..! Ты где?".
Я кричать не могу. Только руку поднял. Нашла. "Живой! Родной!". А я ответить не могу - БОЛЬ. В Логвиново тоже - БОЛЬ

«Приказ всех вас (наших раненных) забрать в Донецкий Первый Военный Госпиталь».

Надым пошла мои медицинские документы забирать, а я попрощался с гражданскими.
Курю, жду Надым на улице. Солнышко вышло. Красиво жить без войны… Но, увы, Горловка жила с войной. И увы сейчас там АД !Слышу где-то рядом прелеты. Вот, черти, проснулись! Подумал о тех, кто Там. Как, что и увы, кто..?!
Люба привела еще одного раненого. Парень молодой, осколок в лицо... Лицо его было забинтовано.

Спрашиваю Любу: «Почему врачи не достали мне осколок?».
Ответ: «Он глубоко, нет аппаратуры здесь в этой больнице».
Обняла и тихо на ухо: «Все будет хорошо, Фартовый!».
А думаю: «Супостаты доложили уже)))». Спасибо Вам за все врачи Горловки !
Люба мне: «Тебя положим на носилках - ты в спину ранен, а этого парня - в кабину с водителем».
Смотрю на молодого парня - а он еле стоит! Нашпиговали его сильно уколами.
«Люба, я в кабину, а он пусть на носилках едет». Дорога долгая по дороге войны. Ехать не по трассе. На том и порешили.

Ехал я трудно, но молча. Сидел. Приехали в Макеевку. Прошу остановить на пять минут возле «Дома Пера». Там друзья мои, должны выполнить задачу номер один - моим родным сообщить, что я уехал срочно заграницу по делам фирмы. (Для всех я работаю, как и работал до войны). Жена и дети младшие - в Р..и. Но в Донецке старшая дочка, Ася, (она живёт отдельно от меня) тоже уверена что я гражданский, к войне не имею никакого отношения. Задача поставлена. Задача выполнена моими друзьями. Только Асе они сказали… правду.

Нам очень часто говорят,
Что на войне мы губим души.
Что переживший этот ад
Уже не многим в мире нужен.

Что мы моральные уроды,
Что в глубине лишь темнота.
Зверьё, глотнувшее свободы
Не будет в стае никогда.

Есть в этом доля горькой правды.
Внутри у нас прошёл излом.
В одном живут два духа равных
И делят разум словно дом.

Один из них как зверь в неволе,
Прошедший ад войны в песках.
Заложник памяти и боли.
Его не покидает страх.

Он не способен спать ночами,
Всегда, везде он напряжён.
Он полон воинской печали
И в мыслях вечно окружён.

Повсюду видит только злое
Готов всегда рвануться в бой.
Его судьба из ран и боли,
Он кровоточит, но живой.

Второй напротив - полон света.
Устав от бесконечных битв,
Смеётся, радуется лету,
И счастлив, что он не убит.

С него войны уже довольно,
Ему нужны любовь, семья.
Ему практически не больно.
С ним рядом старые друзья.

Он хочет также быть любимым,
Как все - гулять, дарить цветы.
Он молод, хочет быть счастливым.
Не отступает от мечты.

Быть может кто-то отвернётся,
Кому-то просто не понять.
А кто-то даже посмеётся,
Не каждый сможет нас принять.

Но тот, кто принял - осознает,
Вернее нас на свете нет.
Надёжней друга не бывает,
На ком война оставит след.


Едем в Донецк. Первый Военный Госпиталь. Зашёл сам. Парня на третий этаж положили, меня -на второй. Палата №8. Парни там боевые лежали.
Макс ранен в бою, в разведке. Было их три друга. И три друга нарвались на «секрет» противника. Все три ранены. Окружают - в плен их взять хотят. Прощались друг с другом друзья, хотели подорвать себя. Слава Богу, не далеко ушли - наши пришли на помощь парням. Всех вытащили. Друзья выписались, а он нет - тяжелое у него ранение. Макс - ВЫЗДОРАВЛИВАЙ !

Второй - Е..й. Сильнейшая контузия в останках аэропорта. Тот ещё АД… Классный мужик!

Танкист Ваха - и без танка танкист. Наш приколист в палате ))) Тоже ранен аэропорту. Ну и я. Поймал себя на мысли, что что-то не так тут в Донецком ПВГ. Что, не могу понять.


Лечение ранненых солдат армии ДНР. Видео от 16 февраля 2015 г.

Я уже лежал в госпитале - в Ленинграде во время срочной службы. Честь и хвала Ленинградским врачам! Подняли меня на ноги. Но здесь или обостренное чувство войны сыграло, или то, что я ранен… Все не так, как там было. Понял, что не так! Вы помните и запах больницы! А здесь Домом пахнет ! Не лекарствами, не хлоркой… !!!! А еще люди в белых халатах другие. Тёплые они какие –то, другие!

Думаю, ну все – чокнутый! Тебе думать больше не о чем? Описываю вам свои первые впечатления о ПВГ. Кто был в Первом Военном Госпитале Донецка, тот может подтвердить мои слова. Я и в дальнейшем не однажды скажу ИМ ВСЕМ, что они – ОСОБЕННЫЕ, ТЕПЛЫЕ, ЗАБОТЛИВЫЕ и СВЯТЫЕ ЛЮДИ в БЕЛЫХ ХАЛАТАХ! Первый военный госпиталь Донецка. Особенные Врачи.

Особенные Медсестрички. Особенные Санитарочки. Спасибо Вам всем, Милые и ставшие в последствие для меня Родными, Люди. Мы получаем ранение не только в тело но и в душу - Вам лечить и наши души. И Вы лечите нам души, когда наши близкие люди не видят, как нам плохо и больно, мы не показываем родным нашу боль, а вы все понимаете и ... перевязываете нам души. А когда приходите домой с дежурства, ваша подушка становится мокрой от слез и боли, которые вы забираете у нас, раненных, Вы плачете так, чтобы ваши родные не видели вашу(нашу) боль.

Когда-нибудь в Донецке обязательно появится улица МЕДСЕСТРЕНКА !!! Власти, ведь правда появится? Сейчас пытаются закрыть ПВГ. Но об этом позже расскажу вам.

…Пришла Наташа-медсестренка, капельницу ставить. Новенький ? Да. Держись.. мы тебя вылечим. Спасибо сказал. Но не вижу кому сказал. Повернутся не могу позвоночник. Они первые после Бога! . Первые плачут над нами. Они первые, кого мы
видим после боя. Первые, кто не даёт нас забрать смертям.
Надым, уставшая от боли солдата, уехала назад в Логвиново. Там идёт бой...

У меня на завтра встреча с пока ещё не знакомым мне Доктором-Честь ( Валерьевич ) . Восьмая палата уходит в сон…

[Тынц]http://www.proza.ru/2016/01/21/555
http://www.proza.ru/2016/01/21/557
http://www.proza.ru/2016/01/21/560
http://www.proza.ru/2016/01/21/565







Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments