Omega45 (omega45) wrote,
Omega45
omega45

Встреча со Стрелковым. Ставрополь ЦНТИ, текстовка (часть 1)

Оригинал взят у chervonec_001 в Встреча со Стрелковым. Ставрополь ЦНТИ, текстовка (часть 1)


(1) Видео прессконференции в Ставрополе(4) Текстовка видео (ч.2)
(5) О сложностях в организации визита
(6) Ставрополь ЦНТИ (Видео)

(Приветствие организаторов, «Родительский комитет Ставрополья». Показ видеоролика про Стрелкова из серии «Герои Новороссии»)

10:42

Игорь Стрелков: Вообще-то, если так говорить, цель моего визита — исключительно приглашение патриотически настроенных единомышленников, для того, чтобы поговорить с активом Ставропольским, рассказать, что мы хотим, для чего мы вообще существуем, что мы думаем о ситуации в стране. Поэтому, никаких задач по поводу того, что что-то здесь создать или организовать, у меня нет.

По большому счёту, даже программа моего пребывания не предусматривала создания каких-то лекций или готовых текстов, которые я должен был бы огласить. Формально, мы утвердили несколько тем, на которые я могу пообщаться, в том числе, и заявленная сегодня тема о региональных конфликтах, нацеленных против России. Об этом могу говорить достаточно долго, поскольку участвовал в некоторых из них, и обладаю достаточно большим комплексом знаний. Но если вы хотите говорить о чём-то другом, и просто задать вопросы, которые вас интересуют — меня этот формат интересует несколько больше.

12:03

Поскольку читаю в интернете самые дикие нелепицы в отношении и себя, и нашего движения ОД «Новороссия», и «Комитета 25 января», я считаю ниже своего достоинства, в какой-то степени, «отбрёхиваться» в интернете, готов ответить на некоторые вопросы ваши, если у кого-то они есть, и даже на достаточно серьёзные обвинения, если у кого-то они имеются.

Поэтому, как мы построим сегодняшнюю беседу, зависит, на самом деле, только от вас. Если хотите, я могу начать рассказывать о замороженных конфликтах, о том, к чему они в ближайшее время приведут, но я думаю, что если у нас просто будет режим вопросов и ответов, то всё то же самое я смогу сказать в ответах на отдельные вопросы. Как вы считаете, что вас устраивает больше?

«Полное молчание было ему ответом».

Если у кого-то есть вопросы, тем более, меня сразу предупредили, что здесь присутствуют представители оппонентов, скажем так, — тех организаций, которые предъявляют мне наиболее серьёзные обвинения, и мне лично, и моим соратникам, и нашему движению. Ну, давайте, действительно, можно даже с них начать.

13:36

Вопрос: Игорь Иванович, прошу простить. Никаких организаций не представляю, к Вам отношусь с максимальным уважением. Но, тем не менее, хотелось бы задать вот какой вопрос: в одном из интервью Вы сказали, что являетесь спусковым крючком конфликта на Донбассе, военной фазы. Вот мы сейчас смотрим, что всё получилось не так, как хотелось. Как мечталось, как хотелось, и прочее, и прочее… Жертвы среди мирного населения, жертвы среди военных.
Скажите пожалуйста, Вы, вообще, не жалеете, что Вы стали тем самым спусковым крючком?


14:19

Игорь Стрелков: Ну, я сказал это, действительно, в интервью, и я от своих слов, естественно, не отрекаюсь. Может быть, надо было бы пояснить, когда я это говорил. Сейчас я попробую это пояснить.

Война, если для неё складываются условия, она всё равно начнётся. Но, конечно, тот, кто делает первый выстрел в этой войне, естественно, он и запускает сам процесс. С большой вероятностью, война на Донбассе началась бы и без нашего отряда. Но, по факту, именно мы её запустили — именно, вооружённое противостояние.

Уже после этого была Одесса, после этого был разгром протестного движения в Харькове, там тоже были и погибшие, и раненые — об этом сообщали и СМИ. Но на тот момент, на 12 апреля, первые выстрелы были произведены, хотя они были, в основном, произведены в воздух, над головами, там, по стёклам — то есть, 12 апреля ни один человек не был ни убит, ни ранен — тем не менее, это произвели мы. Так что, с формальной точки зрения — именно с формальной точки зрения — наши действия стали началом военной кампании на Донбассе. И, естественно, я несу за это свою долю ответственности, которую ни на кого не собираюсь перекладывать. Вполне вероятно, что, если бы не было нашего отряда, всё равно выстрелы были бы произведены.

15:57

С точки же зрения общего развития ситуации на Донбассе, и, вообще, на Украине, гражданскую войну начали даже не мы. Гражданская война началась в Киеве — с убитых бойцов «Беркута», с расстрела в спину тех же самых демонстрантов, с горящих БТРов. То есть, первый акт гражданской войны на Украине начался абсолютно без нас, без всякого моего, или моих товарищей, участия. Другой вопрос, что на Донбассе — да, война была запущена нами.



Что касается — жалею, не жалею. Абсолютно не жалею, я считаю, что мы поступали абсолютно правильно. Мы пришли не с целью, как некоторые полагают, защитить интересы каких-то олигархов или ещё что-то, мы пришли помочь русскому восстанию, которое стагнировало на тот момент. Откровенно стагнировало. И мы понимали — и я, и мои соратники, и те, которые переходили со мной границу, и те, которые помогали нам организовать отряд и зайти, — мы понимали, что, если мы сейчас не зайдём, то восстание будет подавлено в корне. Собственно говоря, так и произошло и в Харькове, и в Одессе, чему вы, как говорится, сами свидетели.

В этом плане, никаких сомнений в том, что мы действовали правильно, у нас нет. Вопрос в другом, что, конечно, присутствует, обида — это не то слово, присутствует глубочайшее разочарование, что то́ дело, которое так хорошо начиналось, которое могло привести к освобождению всего русского Юго-Востока, оказалось развёрнуто во многих местах на 180 градусов. И от планировавшейся нами Новороссии, которая должна была стать частью России, так же, как Крым (что хотели и все восставшие, на тот момент, подавляющая их часть), или хотя бы союзным с Россией, реально союзным государством — всё это выродилось в отдельные районы в составе Украины, и в эту минскую бодягу номер один и номер два.

18:05

Которая, причём, на мой взгляд, остаётся абсолютно мертворожденным образованием, поскольку Украина мириться не собирается. И, хотя по телевизору не показывают ничего, но каждый день там идут обстрелы, идут бои местного значения, продолжают гибнуть и умирать люди. Война не закончилась. И, более того, она имеет все предпосылки обостриться: 300-тысячную армию Украина вполне может сформировать к концу нынешнего года — уже за 200 тысяч человек, из них около сотни тысяч находится на Донбасском направлении. Эта армия готовится воевать непрерывно, несмотря на все минские процессы, не останавливаясь ни на один день.



Нет, наша война не закончена. Победа ещё не одержана ни одной из сторон. Но, естественно, как человек, принявший участие в начале этой войны, я считаю, что она должна закончиться всё равно в пользу России, в пользу русского народа, в пользу всего славянского нашего народа — в пользу большой России. Я нисколько не жалею.

19:08

Вопрос: А как Вы оцениваете заявление экспертов, что Крым — это другая ситуация, потому что 99% там проголосовало за… А на Донбассе — 30% всего поддержали русское… И вот, представьте, десять тысяч, 50, 500 тысяч шахтёров. Вот если бы они просто вышли на мирный протест — всё это количество народа, то, я думаю, наверное…

19:53

Игорь Стрелков: Я сначала отвечу тогда на второй вопрос, а потом вернусь к первому. «Если бы да кабы да во рту росли бобы» — хорошая русская поговорка.

Если бы в 1991 году все сторонники Советского Союза вышли на улицу, то у нас бы был Советский Союз без всяких других вариантов. Почему они не вышли? Потому что они не поддерживали Советский Союз? Нет, потому что не было организующей силы, предательство страны произошло в самых верхах, в политбюро ЦК КПСС и других высших органах управления. Люди надеялись, что за них всё сделают те, которые содержались на их налоги, то есть, армия, КГБ, МВД. Ну, и в результате получили то, что получили.
И очень небольшая кучка людей, заручившись поддержкой какого-то количества столичных жителей, воспринявших очень легковесно, и не задумываясь о будущем, о своём, в том числе, воспринявших эту пропаганду, западническую, — она захватила власть в стране. И вся страна спокойно это проглотила. Почему мы тогда предъявляем претензии жителям Донбасса, а не предъявляем претензий самим себе, своим родителям и тем, кто тогда жил? Не предъявляем же? Ну, тогда и им не сто́ит.

21:14

Теперь, что касается конкретной ситуации на Донбассе. Поскольку я был и там, и там, причём, в Крыму я тоже находился в самом центре всех событий (ну, конечно, не в штабе военных подразделений, но непосредственно я был советником Аксёнова, ещё за сутки до того, как всё началось, уже я находился в его штабе, непосредственно с ним общался каждый день) — соответственно, я могу оценивать, как выглядела ситуация.

Так вот, если исключить Севастополь, то Донбасс, поверьте, был намного более активен, чем весь остальной Крым. И то, что рассказывают по поводу того, что «Крым весь поднялся, а Донбасс не весь поднялся» — это лукавство и ложь. Донбасс поднялся намного активнее. В Крыму людям не пришлось сражаться за свою веру, за свои взгляды с оружием в руках. Потому что за них всё сделали, в значительной степени. Да, ополчение было активно, но такого жёсткого противостояния украинские органы власти и силовые структуры не произвели.



А на Донбассе пришлось сражаться. Ещё неизвестно, как бы себя повели симферопольцы или ялтинцы, в каком бы количестве они вышли, если бы их действительно долбили миномётами, градами, и на них наступала бронетехника. И потом, извините. Поймите, что в эпоху смуты — а в эпоху смуты мы все жили в 91-м году, большинство из вас в сознательном возрасте — вы понимали, что происходит, в 91-м году? Ведь никто же не понимал.

22:54

И на Донбассе многие не понимали. Они не понимали, что делать, отсутствовало организационное ядро. Вся верховная власть самоустранилась. Все ахметовские ставленники, и ефремовские, — они все либо полностью самоустранились, либо готовы были идти на переговоры с Киевом на любых условиях, только чтобы сохранить власть, имущество, деньги. А люди не понимали, что творится, многие.

Но, тем не менее, 80% населения, за это я могу совершенно точно говорить, поддерживали даже не республики отдельные, а именно присоединение к России. Вначале вообще никто эти флаги, ДНР, ЛНР, — их вообще не было! Только российские флаги. Когда в Славянске в первый день мы заняли здание СБУ, в котором был развёрнут наш штаб, инициативные ополченцы повесили на нём российский флаг, абсолютно без моего участия. И когда я спросил: «А почему вы не повесили флаг ДНР?», местные ополченцы спрашивали: «А зачем он нужен? Мы вообще-то за Россию встаём». И сражаться предпочитали всегда под российским флагом, и все ждали со дня на день российскую армию. И считали, что Славянск должен удерживаться как плацдарм для дальнейшего движения на освобождение Новороссии.

Вот, я Вам ответил на Ваш вопрос. Я вижу это именно так, и, более того, я свято уверен, что так оно и было на самом деле, находясь внутри и там, и там.

24:24

Вопрос: Коротко. Потому что у нас здесь, в Ставрополе, живут люди из Новороссии, которые проводили референдум. Мы с ними общались. Мы осторожно: в Луганске 97% проголосовали за вхождение, а в Донецке — 86 с половиной…



Игорь Стрелков: Я ещё добавлю такую вещь. В Славянск приезжали — поскольку Славянск был уже осаждён, но ещё боевых действий активных тогда не началось, вернее, они уже были. Так вот, люди приезжали на референдум из занятых городов, автобусами. Набитые автобусы приезжали, чтобы проголосовать за воссоединение с Россией, как они считали.

25:03

Вопрос: Четвёртого ноября 2014 года я, единственный на территории Ставропольского края, и дальше, человек, который вышел, развернул плакат: «Слава героям Новороссии». И буквы написаны: Стрелков, Мозговой, Безлер.

Меня арестовали, сам начальник Октябрьского РОВД лично. Пять судов было, я выиграл все суды у них, и так далее, и так далее, и так далее. Это был 2014 год. День независимости. Это был самый расцвет «Русской весны», пропаганды, и прочее остальное. Сам этот факт о чём говорит? Что элита наша, и ставропольская, и прочая остальная, она уже в 2014 году была по отношению к Донбассу и Крыму настроена, то, что мы сейчас видим. Так это же тогда внутреннее предательство!

Вопрос: как Вы считаете, Игорь Иванович, если двадцать лет в России вели антирусскую, русофобскую политику, мог бы этот единоразовый порыв русских на Донбассе вывести тысячи людей на улицы, и получить результат? Когда двадцать лет в самой России ведётся антирусская политика, по сегодняшний день?


26:30

Игорь Стрелков: Вопрос больше философский и во многом риторический. Понимаете? А я всё-таки, с учётом ограничения времени… Мы ведь с Вами и отдельно можем пообщаться, в конце концов, по этому поводу. Риторически рассуждать, что могло бы быть, и как могло бы быть… Единственное, что могу сказать, и я, и мои товарищи до 2014 года, до Крымских событий, очень скептически относились к российской власти, и лично к президенту Путину.

Но когда он воссоединил Крым, мы его поддержали всей душой и, действительно, пошли, как бы то ни было, мы пошли рисковать своими жизнями. И в Крыму, кстати, тоже, не всё там гладко было, я многое не могу просто рассказывать. Там тоже были моменты серьёзного риска, и люди некоторые пострадали. А тем более на Донбассе. Мы пошли, мы были готовы пойти за президентом, который в наших глазах из Савла стал Павлом, выражаясь христианским языком.

К сожалению, этот процесс оказался то ли временным, то ли незаконченным. Но, что имеем, то имеем. А на тот момент мы были готовы за ним пойти полностью. Существовала иллюзия, что он, наконец, понял, решил опереться непосредственно на народ, а не на олигархов. Ну, эти иллюзии оказались пока… Не будем до конца скидывать варианты, я всё-таки надеюсь что там может произойти просветление. Но, на данный момент, эти иллюзии в значительной степени развеялись. Потому что невозможно осуществлять суверенную политику, имея вокруг себя агентов противника, фактических, и в правительстве, и в администрации, и в ближнем кругу.

28:25

Вопрос: Игорь Иванович, я хотел бы задать вопрос по поводу Вашей нынешней деятельности, дня сегодняшнего. Уже несколько недель блогосфера и верховные СМИ взорваны созданием «Комитета 25 января». Хотелось бы поинтересоваться, кто был инициатором создания данного комитета — ну, как я понимаю, какая-то неформальная организация, она существует без всякой регистрации, и т. д. Кто инициировал сближение настолько разных людей: с одной стороны — Лимонов, Калашников, с другой стороны — Просвирнин, Крылов? Люди диаметрально противоположных взглядов. Сложно ли Вам работать с этими людьми, и если есть какие-то сложности, то в чём они? И как Вы видите вообще перспективы развития данного комитета?

29:08

Игорь Стрелков: Тут на целую лекцию ваш вопрос. Инициатором, естественно, выступил я, как руководитель общественного движения «Новороссия». То есть, совещание состоялось на нашей площадке, встреча комитета, в помещении нашего штаба (у нас там по-военному он называется). И удалось собрать таких разных людей, в первую очередь, потому, что мы все, пообщавшись с каждым по отдельности и между собой, пришли к одинаковым выводам о ситуации.

И вот, на основании как раз того, что все, такие разные люди, которые пришли, от крайнего националиста Просвирнина до условно красного Лимонова или условно красного Кунгурова, а, кроме того, у нас там ведь и Червонец, известный блоггер коммунистической направленности, просто он присутствовал дистанционно там, и Эль Мюрид присутствовал дистанционно, в скайпе, — то есть, все эти люди оценили обстановку одинаково.

Все мы, независимо от того, что мы резко различаемся по взглядам между собой, наблюдаем угрозу повторения событий той же самой Украины, «революции гидности». И угрозу повторения 91-го года. Ну и, в конце концов, мне, как историку и стороннику монархии, ближе: события февраля 17-го года очень напоминает.

30:47

То есть, мы на глазах видим, что происходит расшатывание власти, и окружение президента фактически ведёт страну к либеральному реваншу, который в наших условиях означает повторение смуты. И всех нас, всех, кто бы там ни присутствовал — можно предъявлять претензии отдельно Стрелкову, отдельно — Просвирнину, отдельно — Лимонову. Можно смеяться над нами, там, обзываться, но всем нам бежать некуда из России. У нас нет, ни у кого, не то, что виллы — у нас нет никакого имущества за границей. Мы все живём в России, Россия — наш дом. И нам некуда из него бежать, в отличии от грефов и чубайсов, у которых всё есть.



Мы все, как аналитики (я не считаю себя очень сильным аналитиком, но тем не менее), мы все понимаем, что наш дом стараются поджечь, или наш корабль утопить. И в этой ситуации (причём, это сроки достаточно быстрые, прогнозируем год, полтора, максимум — два) мы готовы создать авральную, пожарную команду. Независимо от взглядов. И независимо от того, что мы друг друга, некоторые, вообще не переваривали, кто за столом сидел, и не общались.

32:16

Вот именно это понимание общности нашей судьбы, и общности нашей задачи, что нам нужна Россия, независимо от того, какого цвета, но она нужна, и что мы не хотим иметь у власти Чубайса, там, или Ходорковского, — вот это нас заставило объединиться. Именно это, и ничего другого. Потому что у меня очень со многими членами комитета абсолютно разные взгляды. Но нам всем нужна единая страна, суверенная страна.

Мы выработали те пункты, на которых все сошлись, они оказались одинаковы для всех, независимо от личных взглядов и убеждений. Это то, что нам нужна суверенная, мощная Россия. Что мы все являемся сторонниками воссоединения Украины, России и Белоруссии в единую державу — неважно, не конкретизировали: будет ли она федеративная, конфедеративная, союзная, но мы должны объединиться снова. Русский народ, большой русский народ должен снова объединиться, без этого мы не выживем. И нам неприемлем либеральный реванш, который нас, в лучшем случае, отбросит в девяностые годы, а в худшем — развалит страну просто.

На этом мы и объединились, и стараемся сейчас, работаем над расширением нашей программы на достижение того единомыслия по экономическим вопросам, которое устраивает всех. По экономическим, по социальным, по политическим. И пусть кто-то из нас мечтает о национал-большевистской диктатуре, как Лимонов, и, там, о царе, как я, но для всего этого нужна Россия. Если России не будет, никакие наши убеждения не будут… Я ответил на Ваш вопрос?

34:00

Вопрос: А перспективы какие Вы видите дальнейшего развития деятельности этого комитета?

34.12

Игорь Стрелков: Пока очень сложно говорить о перспективах. Потому что мы получили неадекватно серьезное противодействие практически ото всех. Для меня это неудивительно, поскольку я уже полтора года в стоп-листе на всех федеральных каналах, и даже когда говорят о Донбассе, о событиях в Новороссии, и то не упоминается никто практически, и я не упоминаюсь. .Но для все остальных это было удивительным – насколько жестко нас восприняли.

Началась не только травля и с либерального лагеря, и с лагеря «охранителей», как мы их называем. Ну что ж... – А почему? Я отвечаю на этот вопрос очень просто: в том сценарии, который собираются разыграть, мы мешаем всем.

кликабельно

11 методов травли Стрелкова

Мы мешаем агентуре Запада, которая находится в правительстве и во власти передать власть своим единомышленникам-либералам в лагерь системной оппозиции, или внесистемной как там ее называют. Мы им просто мешаем.
Мы мешаем и тем, и другим. Поэтому нас обвиняют как раз именно в том, что собираются сделать сами.

Либералы откровенно готовят в России либеральный переворот. И делают это системно, ежедневно, постоянно, имея крупные ресурсы. Они склоняют Путина к принятию решений, которые могут катастрофически отразится на ситуации в стране. Благодаря их воздействию, а на них очень серьезно отразились санкции с точки зрения, что на них есть методы на Костю Сапрыкина. Именно на них надавил Запад, надавив на их детей, на их внуков, на их яхты. Их виллы. Именно они склоняют президента к капитуляции и в Новороссии, к сдаче ее в состав Украины, к отступлению на других участках.

А мы этому противостоим. Мы показываем, что есть какая-то сила, пусть не оформившаяся, пусть аморфная, пусть разнородная. Но которая выступает против этого и готова об этом объявить. Да, наглость, может быть даже. Они воспринимают это как наглость.

Кто это такие? Какая-то кучка блогеров, маргинальных или полумаргинальных элементов, но мы смело заявляем, что мы не приемлем этот путь и будем против него бороться. И при этом мы не поем осанну решениям власти, которые ведут страну в системный кризис. Отсюда и нападки.

Очень сложно оценить наши перспективы. Уже здесь, в Ставрополе, может расскажут коллеги, о том, как пошли кучи звонков, о том, чтоб не давать площадки, отменять мероприятия. Будем работать. Что сделаем, то сделаем. И потом, попытки нас представить в виде этакой хунты, которая спит и видит, как захватить власть. Мы все, даже самые шумные из нас, понимаем, что если мы не получим поддержки общества, в том числе части элит. И среди элиты есть люди, целые слои, которые не заинтересованы в распаде страны, то мы так и умрем на уровне тусовки из 20-30 человек. Мы будем пытаться организоваться, будем пытаться действительно стать силой, третьей. Как заявили.

38.12

Вопрос: Считаете ли вы, что Комитету нужна своя программа, за могли бы пойти люди?

38.45

Да, у нас это понимание есть, и мы постепенно это разрабатываем. Мы отлично понимаем, что программа «против» не то, что деструктивна, но она не способна увлечь людей. Действительно, мы стараемся разработать ту программу, которая устроит разнородных членов Комитета и будет воспринята людьми с пониманием. Вопрос что мы хотим, разрабатывается. Но мы не можем, мы не являемся тем органом, где люди собираются и сидят с утра до вечера, готовят протоколы и совместные решения.

Мы все люди, мы все работаем в разных сферах. Многие зарабатывают жизнь ежедневным трудом. У нас у всех есть дела. То есть, мы собираемся, условно говоря, пока раз в две недели и между собой ведем электронную переписку. То есть, мы не можем быстро вот так вот разработать программы и их выложить. Это процесс, который требует времени.







Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments