Omega45 (omega45) wrote,
Omega45
omega45

Учacтник боя о первом штурме Донецкого аэропорта 26 мая 2014 года.

Оригинал взят у antonenkonata в Учacтник боя о первом штурме Донецкого аэропорта 26 мая 2014 года.


Текстовая расшифровка интервью.

00:18 Голос за кадром: Ты на Донбасс приехал, это была твоя первая война, или ты уже до того воевал?

00:22 Артур: Война первая, да.

00:25 Голос за кадром: А когда приехал?

00:28 А.: 11 мая.

00:30 Голос за кадром: 11 мая. И в какое подразделение?

00:34 А.: Батальон «Восток».

00:36 Голос за кадром: Ты начинал в «Востоке».

00:38 А.: Начнём с того, что нас 2 недели готовили к тому, что мы едем в Славянск к Стрелкову. Это во-первых. Нам даже карты окрестностей Славянска выдавали: выучить, какие посёлки, какие деревни, чтобы мы наизусть знали окрестности и главные улицы Славянска. Мы готовились к тому, что мы поедем в Славянск. Ну, поехали и попали сразу в батальон «Восток».

01:05 Голос за кадром: А в «Востоке» вы были организационной группой? Или? Номер роты какой?

01:11 А.: Мы ехали в Славянск изначально. Нас оставили в «Востоке» и «преподнесли» это вот так: мы в составе «Востока», но мы не «Восток», понимаете? «Будем воевать с «Востоком», но мы не «Восток»». Вот так это всё складывалось, непонятно вообще почему.

01:34 Голос за кадром: В «Востоке» ты, получается, был с самого начала мая. И первая операция?

01:41 А.: Аэропорт.

01:42 Голос за кадром: Первой операцией сразу был аэропорт?

01:43 А.: Да.

01:44 Голос за кадром: Что ты можешь рассказать?

01:48 А.: По аэропорту? Так. В организации штурма я не принимал участие. Я могу Вам сказать как рядовой боец, что я видел.

Нас отправили в аэропорт в 2 часа ночи. До этого была проведена доразведка. Ну, мы поехали туда. Нам было сказано, что «сейчас мы поедем туда, покажем нашу силу, украинские войска сдадутся и уедут оттуда. Воевать не нужно будет». Мы такие все крутые, ну, «шапкозакидательство».

Мы поехали туда, там вели переговоры какие-то с украинцами о сдаче, а они не сдались. Вот так. И уже 26-го мая к обеду начался авианалёт. Там ещё бомбили с миномётов. Мы потеряли там двоих только за весь день бомбардировки.

03:04 Голос за кадром: Это из состава подразделения?

03:07 А.: Да, только двоих.

03:10 Голос за кадром: А сколько вас было в подразделении?

03:13 А.: Моё подразделение состояло из 50 человек. Там ещё была отдельная группа чеченцев, примерно 20 человек. Ещё осетины были. Ну, в общем количестве человек 120.

03:28 Голос за кадром: То есть, получается, ночью 25-го зашли в аэропорт.

03:31 А.: Да, зашли мы без боя, нас пропустили там нормально, тихо, спокойно.

03:37 Голос за кадром: Значит, вы остановились в терминале, а потом?

03:39 А.: Да, на крыше поставили пулемётчиков, снайперов, на этажах, и вели переговоры, которые не дали никаких результатов. И я не знаю, вели их вообще или нет.

03:53 Голос за кадром: А как началось собственно столкновение?

03:56 А.: Началось с того, что прилетели сначала вертолёты 4 или 6 штук, я не помню. Я 4 видел. Они высадили десант на другом терминале.

04:08 Голос за кадром: А вы на каком терминале были?

04:10 А.: Мы – в новом, по-моему. Да. Вертолёты потом нанесли удары. Потом прилетели МиГи-24, бомбардировщики, тоже разбомбили. Несколько заходов сделали. И вот, собственно говоря, весь наш бой. И вечером уже получили приказ на КамАЗах выйти в аэропорта. Мы там оставили группу прикрытия (15 человек), они вышли ночью потом пешком из аэропорта, никто не пострадал – это говорит о том, что окружения не было...

Вечером, к 5-ти часам, наш командир, так скажем, роты «Искра» (рота состояла из 3 групп, все трое командиров групп выжили, погиб только командир роты «Искра») получил по сотовому телефону приказ загружаться на КамАЗы и выходить из аэропорта.

05:16 Голос за кадром: Это вечером 26-го?

05:17 А.: Да. Он построил в терминале нас всех и сказал, что мы будем прорываться через оцепление. «Аэропорт окружён, будем прорываться с боем. Выходим и стреляем во всё, что попало, потому что мы в окружении. Нас окружили, сейчас будут наступать». Вот так мы сели в КамАЗы и со стрельбой вышли из аэропорта.

И при входе в город Донецк – засада. На самом деле, окружения не было никакого: мы попали в засаду наших же, 4-го взвода батальона «Восток». В нас начали кидать гранатами, из РПГ была подбита машина, на которой я ехал. Вторую расстреляли просто на дороге, в основном погибшие в той машине. У нас больше выживших. Вот так. Наша машина перевернулась, когда подбили её, и мы успели разбежаться. А вторую машину остановили посреди дороги и начали со всех сторон расстреливать. Там выжило только трое или четверо, я точно не помню: троих знаю, четвёртого – не знаю.

06:36 Голос за кадром: А сразу после того, как обстреляли, вы как дальше двигались?

06:42 А.: Ну, в другом КамАЗе в основном все погибли. По моей машине. Я взял одного раненого (он из Крыма)... (Город я сам не знал, паника, шок, сами понимаете. Мы вообще думали, что «укропы» в городе, а, оказывается, там наши, свои расстреливали.) Я взял раненого одного (он легко раненый был), у меня ещё рука сломана была, в другой руке – автомат, и раненого на себе так, грубо говоря, таскал просто по дворам, не зная, куда я иду. Недалеко оказалась база машин «скорой помощи», и мы попали сразу туда, показали место, где это всё (расстрел КамАЗов. – Н.А.) происходило, поехали в больницу, туда поместили всех. Я тогда ещё не знал, что во втором КамАЗе все погибли. А потом, когда начали оттуда трупы вытаскивать, тогда и узнал, что там погибло большинство.

07:47 Голос за кадром: А с кем «Искра» говорил, кто ему дал команду?

07:49 А.: Я не могу сказать, с кем «Искра» разговаривал и от кого получил команду, но, по всей вероятности, это был либо г-н Бородай, либо товарищ Ходаковский. Потому что никому другому не подчинялись там. Это не мог быть Стрелков, потому что он не имеет никакого отношения к этому аэропорту. Я могу только предположить: либо тов. Ходаковский, либо г-н Бородай.

08:18 Голос за кадром: А как потом 4-й взвод...?

08:20 А.: Я потом поговорил с этими ребятами. Тоже наши ребята были: их собрали из кировоградцев, одесситов, не знаю, херсонцев. Харьковчане были. Большинства их уже нет, большая их часть потом погибла во второй уже штурм, если память не изменяет, 4-го июня при штурме погранпоста в Марьинке (попытка взятия КПП Мариновка 5 июня. – Н.А.).

08:48 Голос за кадром: А кто там участвовал?

08:51 А.: Где?

08:52 Голос за кадром: Ну, кто там был кроме 4-го взвода, под Марьинкой?

08:54 А.: Я не знаю, потому что в то время я уже уехал из «Востока» в подразделение «Беса». Там уже находился. Потом узнал от участников: тоже такая ситуация... Мне рассказывали: попали под миномётный обстрел и погибли вот эти ребята, которые нас расстреливали 26-го мая. Но двое из них живы до сих пор, воюют тоже в подразделении «Беса».

...Один рассказывал следующее: их поставили в засаду и сказали, что «сейчас со стороны аэропорта пробиваются «укропы» стрелять без предупреждения». А прорывались, въехали в город мы, на самом деле. И на подъезде к этой засаде (они же думали, что мы Нацгвардия, ВСУ и) открыли огонь по нам. А мы думали, что там украинцы, мы по ним начали стрелять. Вот так.

09:59 Голос за кадром: Сколько вас тогда осталось?

10:02 А.: В группе из 49 человек – 35 погибших.

10:10 Голос за кадром: В том же самом аэропорту было только двое погибших.

10:13 А.: В аэропорту погибших было: один не из нашей группы, из отряда чеченцев, и один даже раненый, легкораненый, или двое раненых...

10:22 Голос за кадром: Кто дал приказ 4-му взводу «Востока»?

10:28 А.: Там был командир взвода, позывной «Шумахер». Соответственно, «Шумахер» сам не мог дать такой приказ, он его тоже от кого-то получил. Но сейчас «Шумахер» погиб, и это уже невозможно установить.

10:46 Голос за кадром: А он тоже под Марьинкой погиб?

10:49 А.: Нет, он не под Марьинкой погиб. Он погиб в Донецке. Ему, наверное, «помогли», скорее всего. Потому что недавно тоже погиб человек, который принимал участие в этих «переговорах» (позывной «Росс»). Про него пустили такой слух: вроде какой-то осетин «под наркотой» его расстрелял. Вот так погиб. Эту цепочку сложно уже установить, что и как...

11:23 Голос за кадром: Расследование этой ситуации не проводилось?

11:25 А.: Нет, никакого расследования, ничего. После аэропорта тов. Ходаковский, наш командир, я не помню, чтобы хотя бы раз поинтересовался, где его бойцы, что с ними, сколько погибло, сколько выжило, где раненые? Вообще ничего.

Из аэропорта мы вернулись на базу ночью 26-го... ну, уже утром 27-го. Перед тем, как ехать в аэропорт, оставили все свои вещи там. Было сказано: снять с себя все драгоценности, всё, что блестит. У кого что было, мы оставили в рюкзаках. Рюкзаки – в казарме. Поехали в аэропорт. Вернулись оттуда – вся наша казарма была разграблена, ничего я не нашёл, никто ничего не нашёл. Рюкзаки все наши были вынесены оттуда, койки даже перевёрнуты были: что там искали, я не понимаю, это во-первых.

Во-вторых, тов. Ходаковский о нас вообще не поинтересовался: где его бойцы и что с ними. В-третьих, (сколько войн в истории,) Вы помните хоть одну войну, где одна из сторон показывала вот такую гору трупов своих погибших ребят? Вы видели эти фотографии в Донецком морге?

12:48 Голос за кадром: Да-да.

12:49 А.: Это впервые, вообще. Я не помню раньше ни одну войну, чтобы вот так сложили кучу трупов... И я не понимаю, почему это было сделано? Мы были очень сильно деморализованы. Когда я увидел эти фотографии, у меня пропало всякое желание дальше воевать. Почему эти фотографии были вот так распространены: 1+1 сняло это всё, ТСН – не важно, кто, даже если и «наши». Это нельзя было так распространять. То, что наших ребят, гору трупов показывали по всему миру, – у меня эти вопросы вызывают возмущение! Вот именно по этим вопросам можно обратиться только к тов. Ходаковскому. То, что он плохо организовал операцию или «сдал», – я это не могу так сказать...

13:52 Голос за кадром: Как после штурма аэропорта сложилась судьба?

13:58 А.: Дальше сложилось следующим образом. Часть выживших уехала обратно. Раненых, несколько человек, сначала положили в больницу в Донецке. Я с командиром группы и с другими бойцами поехали в Горловку к Безлеру Игорю Николаевичу «Бесу». Потом мы из Донецка забрали наших раненых и вывезли их в Россию. Вернулись назад и воевали дальше в составе подразделения «Беса».



Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments