Category: армия

Category was added automatically. Read all entries about "армия".

О правилах блога

Ранее мой блог был посвящен политическим событиям в России и мире. В последнее время данная тема меня утомила. Политические дискуссии я буду вести на других площадках, а данный блог с этого дня перестает быть ареной для политических баталий.
Хочу посвятить свой блог различным интересностям - путешествиям, хобби и т.д.

Теперь самое важное - о правилах моего блога.

Правила очень просты: любой конструктивный диалог будет приветствоваться. Любой срач - банится.
Отличие "конструктивной дискуссии" от "срача" буду определять по следующему признаку: если результат спора имеет своей целью прийти к какому-либо результату по поиску истины, то это будет поощряться, даже если моя точка зрения не будет совпадать с собеседником. Если же цель комментария устроить ссору, оскорбить собеседника и т.д. - карать баном буду сразу.
Без обид. Мой блог - мои правила. Потенциальным нарушителям: читать вы сможете, а писать - нет.


Список отчетов о путешествиях:

Испания 2019 сентябрь

Каталония. Салоу. ч.1
https://omega45.livejournal.com/906800.html
Каталония. Салоу. ч.2
https://omega45.livejournal.com/907165.html
Каталония. Тарагона
https://omega45.livejournal.com/907411.html
Валенсия. ч.1
https://omega45.livejournal.com/907681.html
Валенсия. ч.2
https://omega45.livejournal.com/907994.html
Каталония. Монастырь Сантес Креус.
https://omega45.livejournal.com/908244.html
Каталония. Монбланк
https://omega45.livejournal.com/908501.html
Каталония. Монастырь Поблет. ч.1
https://omega45.livejournal.com/908658.html
Каталония. Монастырь Поблет. ч.2
https://omega45.livejournal.com/908802.html
Каталония. Барселона. ч.1
https://omega45.livejournal.com/909235.html
Каталония. Барселона. ч.2
https://omega45.livejournal.com/909471.html
Каталония. Барселона. ч.3
https://omega45.livejournal.com/909720.html
Каталония. Реус. ч.1
https://omega45.livejournal.com/909913.html
Каталония. Реус. ч.2
https://omega45.livejournal.com/910235.html



о путешествиях по Уралу:
2019 август
Национальный парк "Таганай"
https://omega45.livejournal.com/906708.html

2018 август
Аракульский шихан
https://omega45.livejournal.com/901847.html

Про поездки по Турции

2019 апрель
(Алания и окрестности)
https://omega45.livejournal.com/905367.html
https://omega45.livejournal.com/905558.html
https://omega45.livejournal.com/905775.html
https://omega45.livejournal.com/906207.html
https://omega45.livejournal.com/906407.html

2018 сентябрь
(Бодрум-Эфес-Памуккале-Дальян)
https://omega45.livejournal.com/903884.html
https://omega45.livejournal.com/903950.html
https://omega45.livejournal.com/904351.html
https://omega45.livejournal.com/904530.html
https://omega45.livejournal.com/904900.html
https://omega45.livejournal.com/905142.html

2018 апрель
(Сиде-Манавгат-Анталия-Каппадокия-Сиедра)
https://omega45.livejournal.com/901983.html
https://omega45.livejournal.com/902333.html
https://omega45.livejournal.com/902416.html
https://omega45.livejournal.com/902736.html
https://omega45.livejournal.com/902961.html
https://omega45.livejournal.com/903315.html
https://omega45.livejournal.com/903546.html

2017 сентябрь
Крит (Ретимно-Ханья и окрестности)
http://www.yaplakal.com/forum43/topic1679814.html

2016 август
Кипр (Пафос и окрестности)
http://www.yaplakal.com/forum43/topic1434195.html

Нападение на Грозный.Март 1996.

Нападение на Грозный.Март 1996.

События марта 1996 в Грозном заслонены захватом города боевиками в августе того же года. Однако, именно в марте 1996 проявились недостатки, которые и привели впоследствии к крайне негативным последствиям. В условиях постоянных попыток договориться с чеченскими боевиками, активность боевых действий в Чечне ощутимо снизилась по сравнению с первой половиной 1995 года. Расслабившись в этих условиях командование федеральных сил допустило ряд существенных ошибок при организации обороны города. В частности, было сокращено большое количество блокпостов,что открывало путь боевикам для проникновения в город. Зачастую блокпосты и комендатуры в Грозном были расположены крайне неудачно,что позволяло боевикам обстреливать позиции наших силовиков из близлежащих домов. Руководство боевиков во главе с Дудаевым давно готовилось к осуществлению налета на город. В операции принимали участия отряды Руслана Гелаева, которые еще в феврале начали просачиваться в Грозный. Существенная роль отводилась отрядом одиозного лидера боевиков Шамиля Басаева. Чеченцы были хорошо осведомлены о недостатках в обороне Грозного.

Еще днем 5 марта сотрудники российского МВД стали отмечать факт того,что мирное население начало покидать Грозный, что явно указывало на скорую вылазку боевиков. Однако, по неясным причинам, командование федеральных сил не предприняло никаких мер по укреплению блокпостов и комендатур в городе. Дислоцированные в Грозном подразделения МВД и внутренних войск испытывали серьезный недостаток бронетехники. В частности, бойцы сводного отряда СОБР были вынуждены использовать для перемещения по городу видавшие виды БРДМ.

В ночь с 5 на 6 марта в город вошли крупные силы боевиков, атаковав при этом ряд блокпостов МВД. Был захвачен РОВД Заводского района Грозного. Ряд блокпостов был блокирован боевиками, личный состав нес серьезные потери. Пожалуй, апофеозом трагедии стали события в районе печально знаменитой площади "Минутка". Выдвигавшаяся в район главного управления оперативного штаба (ГУОШ) МВД колонна пермского СОБРа попала в засаду, были потеряны БТР и БРДМ, 7 бойцов погибли на месте, еще один скончался впоследствии.Впоследствии, погибший младший лейтенант пермского СОБРа Федор Кузьмин, который до конца вел огонь из подбитой бронемашины, что позволило уцелевшим товарищам укрыться в соседних зданиях и занять оборону, был посмертно удостоен звания Героя России.На помощь товарищам бросились бойцы СОБРов из Кургана,Липецка, Удмуртии, Мордовии и Нижнего Новгорода.Однако,выдвинувшиеся на помощь спецназовцы сами попали в подготовленную засаду. Боевики расстреливали бронетехнику из гранатометов из окрестных домов. В тот день погибли свыше 30 бойцов СОБР.В числе погибших оказался командир курганского СОБРа подполковник Родькин, впоследствии удостоенный звания Героя России. По непонятным причинам, командование группировки минобороны не поддержало коллег из МВД артиллерией и бронетехникой в первый день боев.6 марта вся тяжесть боев легла на плечи бойцов бойцов ОМОНов,СОБРов, а также военнослужащих ВВ МВД РФ. Только утром 7 марта на помощь СОБРу прибыли три танка Т-72 из 205 мотострелковой бригады. Во взаимодействии с танками, бойцы спецподразделений МВД сумели пробиться к месту расстрела колонн, эвакуировать выживших, а также вытащить большую часть тел погибших. Тем не менее, бои в городе продолжались. В этот день погибли, пытаясь эвакуировать личный состав блокированного боевиками блокпоста № 13 10 бойцов ОМОНа Свердловской области. Вместе с ними погибли 4 солдат ВВ, управлявшие приданной ОМОНу бронетехникой.Были подбиты из РПГ БТР и БМП. Тела погибших удалось вытащить только 9 марта, когда к месту гибели милиционеров пробилась колонна ВДВ, после чего убитые были вывезены с поля боя, впоследствии доставлены в Екатеринбург.

В ходе нападения на Грозный боевики захватили в заложники и увели за пределы Грозного десятки мирных жителей, за которых впоследствии потребовали выкуп. 7 марта, после ввода в бой армейских подразделений, активность боевиков стала снижаться. С 8 марта дудаевцы начали постепенно покидать город. В их планы явно не входило втягивание в ожесточенные бои с регулярной армией. Тем не менее боестолкновения продолжались в течении всего дня.

9 марта обстановка в Грозном нормализовалась. Командование федеральных сил заявило о срыве планов боевиков по захвату города. На самом деле, боевики на тот момент и не планировали занять Грозный. Операция фактически была классическим рейдом, в ходе которого наши силовики понесли существенные потери. Бандформированиям удалось отступить из Грозного, избежав разгрома. Боевики сумели захватить большое количество боеприпасов в здании Заводского РОВД, захваченного в первый день боев, а также взять в заложники 84 гражданских, значительная часть из которых прибыла в Грозный для строительных работ из других регионов России.

По официальным данным, потери силовых структур России в Грозном в ходе нападения боевиков составили 70 человек убитыми, еще 259 силовиков получили ранения. Однако, эти цифры вероятно являются несколько заниженными. Так, ветераны СОБРа из Мордовии в интервью от 6 марта 2017 заявили о том, что в ходе тех боев погибли 37 бойцов сводного отряда СОБР из нескольких регионов России в Грозном ( http://www.mordovmedia.ru/articles/society/dolgo-molchanie-o-minutke-veterany-sobr-mordovii-reshili-rasskazat-o-martovskikh-boyakh-1996-goda-v-groznom-1982/ ). Наряду с СОБРами, серьезные потери понесли также и бойцы ОМОНов и внутренних войск. Были погибшие и министерства обороны. Однако, главным провалом наших силовиков, к сожалению, стали даже не эти жертвы. Как выяснилось позже, руководство силовых ведомств не сделало выводов из трагедии 6-8 марта 1996 года. Положительных изменений в организации обороны Грозного так и не произошло. Фактически, трагедия марта 1996 стало репетицией штурма города боевиками, произошедшего в августе того же года.

https://vk.com/fave?w=wall-46943161_688493

====================
пысы. в том бою вместе Родькиным погиб мой друг - Костя Максимов. Земля пухом и вечная память.

Позывной "Пресса". Нынешний формат Минска - это карт-бланш на разграбление Донбасса"

Оригинал взят у polynkov в Позывной "Пресса". Нынешний формат Минска - это карт-бланш на разграбление Донбасса"

Недавно республики Донбасса отметили свое трехлетие независимости от Украины. Все это время в регионе не прекращается война, несмотря на якобы действующие Минские соглашения. Можно ли было избежать кровопролития, почему в Донбассе не реализовался «Крымский сценарий» и все пошло «не так»? Кому выгодна сложившаяся ситуация? Об этом и многом другом в интервью «Антифашисту» рассказал экс-депутат парламента Новороссии, ополченец и публицист Евгений Тинянский.

Алексей Бердников (А.Б.): Евгений, прошло три года после образования ЛДНР. Вы были свидетелем и участником тех событий. Как вы видели перспективы республик тогда, и что в итоге получилось?

Евгений Тинянский (Е.Т.):Я с 2010 года являлся пророссийским активистом, который всегда смотрел в сторону России. После возвращения Крыма, у меня и моих соратников не было сомнений в том, что Россия не остановится на достигнутом. Был огромный национальный подъем как в самой России, так и в диаспоре. У Владимира Путина в руках оказался карт-бланш на дальнейшие действия. Запад был в ступоре, а пророссийский актив был на подъеме. И мы это видели. Да что мы…Все видели и все ждали действий. Разрешение на ввод войск действовало. Мы звали Россию, мы хотели в Россию.
Вспомните наши митинги, которые проводились в Донецке, то обилие российских флагов, подъем людей.

4 апреля Путин произнес речь, которую мы восприняли как знак. Но мы ошиблись, точнее обманулись. Вскоре все поменялось. Русский Мир стал не популярен, а сакральные духовные скрепы вдруг переехали в Сирию. А те самые спикеры, которые вещали об украинском фашизме и купались в медийности и популярности, показали чудеса гуттаперчивости и лихо изогнулись в сторону генеральной линии, забыв о Донбассе. Но как бы не извращался Владимир Соловьев в своих речах в русле «Донбассу никто ничего не обещал», эффект обратный. Мы все помним и люди все помнят. Я общаюсь с россиянами и поверьте, огромное количество людей считают произошедшее не иначе, как предательством Русского Донбасса.

Collapse )




"Вы превратили Русскую весну в позорный для всей Руси кровавый Шапитец!"

Оригинал взят у polynkov в "Вы превратили Русскую весну в позорный для всей Руси кровавый Шапитец!"
На днях телеканал "Россия 24" показал сюжет о работе МГБ ДНР. Нет, в этом новостном сюжете не рассказывали о том, как сотрудники этой конторы без тени смущения выставляют на продажу вещдоки или воруют деньги с карточек задержанных. На правду заказа не было. Известный военкор Александр Сладков с подачи МГБ повесил ярлык украинского шпиона на одного из тех, кто первым встал на защиту родной земли от киевских карателей.
Стас Вакуленко, позывной "Енот".

Участник обороны Славянска, который в отличие от нескольких подлецов не предал своего командира. Остался верен Стрелкову. И именно поэтому, на всеобщей волне гонений на "стрелковцев" попал под этот мгбшный замес. Схема стандартная и уже обкатанная. Точно такая же как с Евгением Бражниковым. Находят оружие, зовут "Россия 24" и обвиняют в шпионаже в пользу Украины. Если кто не помнит, здесь подробно о том деле
https://tgorlovka.com/2016/08/18/rossiya24-mgb-terrorist/
Стас уже почти полгода находится в заключении. К нему не пускают ни адвоката, ни жену, ни сына. Вот разве что пустили Александра Сладкова, который с умным видом втирает о том, как легко мобильный телефон может превратить тубус "Стрелы" в самодельное взрывное устройство.

Интересно а сам Александр не задумался о том, как легко микрофон военкора может превратить человека в подлеца?

Дальше я предоставлю слово брату по оружию и соратнику Стаса.
Очень рекомендую дочитать до конца.
Collapse )

ПосПост



История с "потерявшимися" "томагавками"

Оригинал взят у el_murid в Визитная карточка
История с "потерявшимися" "томагавками" выглядит, конечно, загадочной. Из 59 ракет до базы Шайрат долетели всего 23. Соответственно, 36 ракет где-то "потерялись".

Проблема вот в чем. Про 23 "долетевшие" ракеты сообщило наше Минобороны. Откуда именно взялось у него такое число - не сообщалось. По умолчанию считается, что все-таки это официальные лица, да еще военные - у них все схвачено. Разведка, спутники, все такое. Потому ошибиться не могут.

Правда, есть параллельное сообщение от минобороны США, что из 59 ракет до территории Сирии долетело 58. В общем, нестыковка.

Collapse )

Воха из «Спарты»: преемник Моторолы

Оригинал взят у chervonec_001 в Воха из «Спарты»: преемник Моторолы
Захар Прилепин поговорил с ополченцем, возглавившим легендарный батальон


Пересекаясь с Моторолой я почти всякий раз видел рядом Воху: невысокого, очень спокойного, немногословного молодого человека с небольшой бородой.

На вид сложно было определить, сколько ему лет, но я точно думал, что больше двадцати пяти: всё-таки заместитель командира батальона. И какого батальона! — известного, прямо говоря, на полмира.



Может быть, мы раз пять виделись или около того, но обменялись за все те два с лишним года, что я знал Моторолу, разве что парой фраз.

В бою я Воху не видел, но зато в самых разных обстоятельствах его видел, и не раз, знаменитый военкор Семён Пегов и всегда рассказывал мне, что Воха на редкость бесстрашный человек. Пегов в этом понимает, он сам бесстрашный. И если уж он кого-то хвалит, тут степень мужества должна быть такая, что для неё и подходящего эпитета сразу не найдёшь.

То, что наследником Мотора может быть только он, ни у кого не вызывало сомнений: всякий раз, когда Мотора по тем или иным причинам не было в подразделении, подменял его именно Воха. Владимир Жога.

Мы встретились в части, я завёз деньги для Лены — жены, а теперь вдовы Арсена Павлова — их за пару дней собрали самые разные люди со всей России и попросили передать — чтоб дети героя ни в чём не нуждались.

Пока мы разговаривали, нас несколько раз прерывали входящие по тем или иным делам бойцы и офицеры «Спарты».

Это, скрывать не стану, впечатляет: заходят здоровые, лет по пятьдесят мужики, Воха спокойно отдаёт им команды, они уходят. То, что новому комбату «Спарты» всего 23 года — это сложно не оценить, конечно.


— Воха, в двух словах, если можно: кто твои родители, где ты родился, где учился?

Collapse )



ОТ САМАШЕК ДО БАЧИ-ЮРТА - Александр Березовский

Рассказы практика чеченской войны
Хотя вторая фаза чеченской войны, начавшаяся с вторжения террористов в Дагестан, серьезно отличается от первой, рассказы участников кампании 1994–1996 годов нельзя пока отнести только к мемуарному жанру. Это, прежде всего, драгоценный боевой опыт. Не выкристаллизовавшийся, правда, еще в виде боевого устава, наставлений и инструкций, но вследствие этого – еще более ценный.

САМАШКИ

В этой операции меня как офицера разведки направили на передовой пункт управления. Командование группировки тогда, в апреле 1995-го, находилось в Моздоке.
Большее внимание командование уделяло таким вопросам, как удержание Грозного, освобождение Гудермеса, Аргуна. Район Самашек считался достаточно спокойным, и никаких проблем на этом направлении не ожидалось.
Продвигаясь колонной к Грозному, мы должны были пройти через Самашки. В это время от разведчиков поступила информация: из Ачхой-Мартана, Бамута, Закан-Юрта к селу подошло достаточно крупное бандформирование, около 300 боевиков. По нашей информации, значительная часть населения Самашек принадлежала к тому же тейпу, что и Джохар Дудаев. Агентура представила список жителей этого села, получивших оружие от дудаевцев. Если верить списку, было роздано около двухсот семидесяти автоматов. Так что нам могло противостоять до 600 воооруженных боевиков.
Мы провели встречу с местным руководством, так называемыми старейшинами. Поставили перед ними требование: бойцы СОБРа и ОМОНа прочесывают село на предмет проверки паспортного режима и изъятия незаконно хранящегося оружия. После чего войска покинут Самашки, предварительно оставив на окраинах села блокпосты*.
* Честно говоря, эта тактика оправдала бы себя, если в каждом селении оставлялось под­разделение для несения комендантской служ­бы. Но этого не делалось, и тылы довольно часто оставались оголенными.
На первых переговорах старейшины пытались отговорить нас от «зачистки». Мотивировали это тем, что, мол, подобная процедура совершенно несовместима с менталитетом чеченцев, равно как и сдача оружия, и паспортный режим. Надо сказать, что с подобной «аргументацией» мы сталкивались буквально в каждом населенном пункте.
Переговоры зашли в тупик. Осознав всю бесполезность разговорного жанра, перешли к делу: довольно твердо потребовали обеспечить сдачу оружия, чтобы затем провести проверку паспортного режима.
– Вы должны сдать двести семьдесят автоматов.
В ответ – протест:
– Да у нас в селе столько оружия не наберется.
Сунули под нос старейшинам список:
– Где эти «ребятишки»?
Они в ответ запричитали: «Этот в Москву уехал, тот тоже в России». И так далее. По их словам получалось, что ни одного из тех, кто значился в списке, в селе нет. Поняв, что провести нас все-таки не удастся, старейшины начали тянуть время: попросили два часа на сбор оружия. Потом – еще два часа… Таким образом мы простояли под Самашками три дня!
От агентуры мы узнали, что боевики в селе провели собрание жителей: собрали всех в клубе и стали запугивать местных. Под их давлением было принято решение: «русских в село не пускать».
Посчитав, что местных жителей удалось «уговорить», боевики великодушно бросили клич: «Кто хочет, может уходить из села». Те не заставили себя ждать – хлынул поток беженцев.
Глядя на потоки людей, уходивших из села, поняли – нам решили дать бой.
Первым делом наблюдатели и разведчики выявили огневые точки противника, окопы на окраинах и в глубине села, минные поля вокруг Самашек. Село было весьма толково подготовлено к обороне.
Население уходило главным образом в направлении Серноводска. Мы свободно пропускали людей через свои боевые порядки. Разве что проверяли документы и осматривали транспорт – нет ли оружия. Когда поток беженцев иссяк, можно было с полной уверенностью сказать: все, кто хотел выйти из села, – вышли.
Боевики исполнили на центральной площади свой воинственный танец – зикр и разошлись по позициям.

«ЯЗЫК»

К селу просто так не подойдешь – управляемые фугасы и минные поля были установлены боевиками почти по всему периметру окраин Самашек. Утром под прикрытием тумана к селу попыталась пройти разведка софринцев. Однако вскоре их БТР подорвался на мине (взрывом оторвало переднее колесо).
При отходе софринцам удалось захватить «языка» – мужика, который трудился на огороде. В ходе допроса выяснилось: русский, чеченцы выкрали его из Курска. По его рассказу, «приставили нож к горлу и вывезли в Чечню». Жил в одной чеченской семье на положении раба – ходил за скотиной, убирался, выполнял все хозяйственные работы.
Не выдержав, задаю вопрос:
– Ну а если бы ты отказался выполнять работу?
«Язык», не задумываясь:
– Тогда бы били, могли бы и убить.
– А бежать не пробовал?
– Да бежал тут один – чеченцы его поймали, голову отрезали и ходили, нам показывали…
По словам невольника, таких, как он, только в близлежащих домах было пятнадцать человек.

ГОТОВИМСЯ К БОЮ

Изначально штурм села не планировался. Однако, убедившись, что чеченцы настроены воинственно, мы провели определенную подготовку – разместили вокруг села БМПэшки, провели аэрофотосъемку. Четко обозначили секторы для штурмовых групп. Командиры групп тщательно изучили свои участки.
Попытались проделать проход в минном поле, но безуспешно: много мин-«ловушек», поставленных на неизвлекаемость. Пришлось применить УР «Дракон». Начиненный пластитом «Дракон» ухнул над полем – мины сдетонировали, в образовавшийся проход двинулась бронетехника.

ШТУРМ САМАШЕК

Первоначально операцию хотели начать утром, но потом передумали. Видимо, посчитали, что боевики будут также ожидать штурм в утренние часы.
Операция началась в 16 часов. Штурмовые группы броском достигли околицы. Напротив каждой из улиц группы разворачивались в боевой порядок и только после этого начинали движение в глубь села.
Первоначально сопротивление было не слишком сильным, нас обстреляли лишь в двух или в трех местах. Кстати, мы заранее предупредили старейшин, что, если по нам откроют огонь, войска отойдут на исходные, а обнаруженные огневые точки будут уничтожаться огнем танка, прямой наводкой.
В начале завязавшегося боя так и получалось. Но чуть позже, особенно с наступлением сумерек, ситуация изменилась. Началась неразбериха. Одна из причин – в наших планах не был учтен овраг, который пролегал посреди Самашек. Дойдя до него, техника встала. Пришлось действовать в пешем порядке.
В центре села столкнулись с грамотно организованной обороной противника: во дворах и палисадниках были оборудованы огневые точки. К тому же боевики значительно лучше нас ориентировались в селе.
Это свое преимущество боевики стремились использовать максимально, в частности постоянно пытаясь заставить нас вести огонь друг по другу. Для этого они вклинивались в боевой порядок наступающих групп. Постреляют в обе стороны и быстро уходят. В результате штурмовые группы какое-то время ведут перестрелку друг с другом. Правда, все недоразумения удавалось быстро решить. Спасало наличие хорошей связи: у командира каждой группы была «моторола».
В ходе боя был убит один из командиров – старший лейтенант Максин. Радиостанция убитого попала к противнику, благодаря чему боевики, вклиниваясь в наши переговоры, попытались «корректировать» наш огонь. Попытки оказались безуспешными, так как у боевиков, видимо, не оказалось никого, кто бы говорил без акцента.
Было место и забавным эпизодам. Перед одним из бойцов кто-то выпрыгнул из-за забора. Тот ему: «Стоять! Кто такой?!» В ответ: «Эй, я – ОМОН, слюшай!»

«СПАСАЙТЕ РАНЕНЫХ!»

Сгущаются сумерки. Авиация над местом боя подвешивает гирлянды САБ*.
С одной стороны, это, конечно, позволяло нам хоть как-то ориентироваться. С другой – высвечивало нас противнику.
* САБ – тип авиабомбы, применяется для подсветки местности
Первых пленных мы взяли около десяти часов вечера – семерых боевиков. Вывели их из села на поле, где расположилась застава, устроили там что-то вроде фильтра.
Большая проблема – обеспечить эвакуацию раненых. Ночь. Местность гористая. Вертолет так и не смог сесть, хотя мы обозначили площадку, мешал и огонь неприятеля. В результате несколько человек без квалифицированной медицинской помощи, которую можно обеспечить лишь в условиях госпиталя, умерли.

«ТОГДА СЧИТАТЬ МЫ СТАЛИ РАНЫ…»

К четырем часам утра прошли все село. С наступлением рассвета развернулись и прочесали его в обратном порядке. Оставшиеся в селе боевики попытались было прорваться к лесу, но напоролись на собственное минное поле. Огнем из стрелкового вооружения и пулеметов БТРов отсекли их от леса, оставшихся в живых боевиков накрыла наша минометная батарея.
На исходный рубеж перед селом штурмовые группы вернулись к двенадцати часам дня. В плен было взято около ста двадцати дудаевцев. Надо подчеркнуть, что факт участия задержанных в боевых действиях доказан: наличие оружия, документов, подтверждающих их принадлежность к НВФ. Около сотни боевиков погибли в ходе боя. Пленных отправили вертолетами в Моздок.
Мы потеряли убитыми двадцать шесть человек, около девяноста бойцов получили ранения. При штурме Самашек было подбито два наших танка и три бронетранспортера. Масштабы наших потерь явно опровергали тезисы дудаевской пропаганды о мирности села.
Я отделался контузией. В одном из дворов был колодец – асбестобетонное кольцо, к которому приделано длинное деревянное корыто – овечек поить. А за корытом – канава, что-то вроде арыка. На этом корыте я и присел перезарядить магазины.
Вдруг будто что-то толкнуло: поднимаю глаза – метрах в двадцати стоит боевик и целится в меня из гранатомета. Сгребаю в охапку автомат и пистолет и… через спину кувыркаюсь в канаву.
Следом за мной полетела граната. Ударившись о колодец, разорвалась. По мне сыпанули комья земли и камни. Спасло то, что взрыв произошел на открытом месте. А гранатометчика этого впоследствии наши ребята пристрелили.

БА-А-ЛЬШИЕ РАЗБОРКИ

Через неделю после штурма мне довелось сопровождать в Самашки комиссию С. Говорухина. К тому времени правозащитник С. Ковалев и один из его помощников А. Шабад подняли шумиху вокруг этого села, сравнивая его с Хатынью и Сонгми. Именно для расследования обстоятельств происшедшего и прибыл С. Говорухин – руководитель парламентской комиссии.
Мы обеспечивали охрану как его самого, так и сопровождавшей съемочной группы «Вестей». Прибывшие на место могли убедиться, что особых разрушений в селе не было. Да и откуда им было взяться: бомбово-штурмовых ударов не наносилось, самым большим калибром применяемого вооружения был гранатомет и РПО «Шмель».
Говорухин общался с жителями села. Порой при этом он удалялся от нас настолько далеко, что заставлял беспокоиться о его безопасности. Возможно, он делал это преднамеренно, полагая, что чеченцы вдали от нас будут откровеннее. Излишняя предосторожность – наше присутствие их не слишком смущало. Несмотря ни на что, Говорухин показался мне человеком довольно отважным.
После беседы с чеченцами наша группа двинулась по селу и была обстреляна. Заняли оборону, под прикрытием БТРа стали выводить из села Говорухина и телевизионщиков.
Во время обстрела я спрыгнул в канаву, под мостик. Под деревянными сваями – свисает провод, как от полевого телефона. Мина! А над головой, по мостику, как раз сейчас должен пройти БТР.
Не задумываясь, рубанул по проводу ножом «ОЦ» и лишь потом испугался – мину или фугас могли поставить на размыкание.
Пошли по проводу, который привел нас в землянку. Посредине – телефонный армейский коммутатор: ручку накручиваешь, два штекера вставляешь, и фугас срабатывает. Лежат около сотни мин: ТМ-72, МОН, заряды аммонала, детонирующий шнур с взрывателями… Все это мы извлекали перед камерой телевизионщиков и в присутствии Говорухина.
Гораздо позже узнал из газет обо всех «зверствах», якобы сотворенных нами в селе Самашки. Могу со всей ответственностью сказать: все это ложь чистейшей воды. Это, кстати, подтверждено и заключением комиссии Государственной Думы.

ПРОГУЛКА НА БЕЛОМ КАБРИОЛЕТЕ

Учтя опыт Самашек, в дальнейшем мы продвигались, используя все меры предосторожности, с тщательной разведкой местности. Уже взяли Ачхой, подходили к Бамуту. Получили приказ произвести разведку окрестности села.
Выдвинулись на двух БТРах. На одном – разведчики, на другом – спецназовцы. Первыми идут разведчики, спецназовцы их прикрывают.
Впереди – ферма. За строением – пролесок, вплотную прилегающий к подножию Бамутских гор. Оставив технику в лесочке и перейдя ручей, вплотную подошли к ферме. Внутри – пусто, если не считать двух тощих овец. Через некоторое время нашелся и «пастух», во всяком случае, он так представился. В его хибаре обнаружили цинки из-под патронов, пустые пулеметные ленты. Сам этот «скотник» – русский, лет тридцати, довольно спортивного вида – при себе документов не имел.
Задержав его до выяснения личности, двинулись обратно. Территория вокруг занята противником, мешкать некогда. Чтобы «скотник» в пути пошевеливался и нас не тормозил, пришлось применить маленькую военную хитрость.
Связав ему руки сзади, вложил в руки электропатрон: «Смотри, мужик, это граната, усики чеки которой разжаты. Один конец проволоки к кольцу привязан, другой у меня в руке. Дернешься – тебе конец». Поняв, что от него требуется, задержанный вприпрыжку бросился вперед, порой даже обгонял меня.
Пересекли огромное поле, через которое проходил сухой, местами поросший камышом арык: глубиной – метра три, а шириной – до пяти. По нему к ферме вышли, по нему и отходили.
Уже прошли километра полтора, когда увидели, что с горы спускается всадник, явно спешит к ферме. Взяв под локти, приподняли «скотника» над краем арыка: «Посмотри, кто это?»
– А-а, это наш местный лесник. Лесник – это находка. Даже если он с боевиками не связан, в любом случае все их расклады знает: что и где в горах творится. Решили и его прихватить.
Но лесник-то по полю открыто едет, а мы пешком по арыку, да еще согнувшись. Скинули бронежилеты, чтобы легче было бежать. Побежали втроем: командир разведроты, один прапорщик и я.
Перехватить лесника удалось в тот момент, когда он пересекал арык возле фермы. Я встал с одной стороны за заборчиком, а ребята – с другой в кустах притаились. Прыгнул на него сзади, ребята под уздцы лошадь схватили. Когда мы с лесником падали, я его случайно локтем под ухо двинул. Выпав из седла, всадник хлопнулся о землю и застыл.
«Кажется, все – помер». От этой мысли такая досада взяла! Получается, мы полтора километра неслись, обгоняя лошадь, чтобы ценного «языка» убить. И перед ребятами неудобно. В сердцах пнул чеченца под ребра: «Ах ты, скотина!» Тот застонал. «Ой, да ты живой!» Схватив за плечи, растрясли его. Открыв глаза, лесник посмотрел на нас:
– Вы кто?
– Свои.
– Э-э, если вас так мало, то мне за вас так скучно!
– А чего это тебе за нас «скучно»?
– Да к ферме сейчас пятнадцать человек с «красавчиками»* подходят.
* «Красавчиками» чеченцы прозвали пуле­мет ПК

Действительно – скучно. Мы лесника и лошадь в охапку – и бегом по арыку.
Когда до своих оставалось метров триста, с фермы по нам открыли огонь. Слава Богу, боевики не догадались стрелять вдоль арыка. Иначе нам бы конец был – арык-то прямой.
Наш отход прикрыли с позиций. Вскоре и БТРы выскочили. Мы лесника со «скотником» внутрь «брони» забросили – и ходу.
Когда выходили в разведку, наш путь пролегал через расположение батальона. Пока мы у фермы были, боевики, подъехав на белом джипе, этот батальон обстреляли. Но об этом нам стало известно позже. А пока едем по полю на двух БТРах, ведем кобылу на поводу. Заметили, что вдоль леса петляет белая машина без верха, ветровое стекло опущено на капот. В бинокль разглядели – пятеро бородатых мужиков с оружием. По всей видимости, они нас пока не заметили. Один БТР пошел за белым автомобилем, а другой – наперерез.
Наше появление на этой территории оказалось для противника полной неожиданностью – они со спокойной душой возвращались домой, обстреляв батальон. Когда БТРы на них выскочили, они ситуацию оценили быстро: начали оружие и прочий «компромат» из машины выбрасывать. Однако мы все это собрали, их с машины сняли, связали и в БТР запихнули.
Белый «кабриолет» оказался «ГАЗ-69». При советской власти на нем, видимо, ездил председатель колхоза или какой-то другой уважаемый человек. Я сел в машину: не бросать же такую роскошь.
Когда мы к ферме выходили, то реку переезжали вброд. БТРу там по колесо, а на «козле» – утонешь. Думаю, перейдем реку по мостику прямо напротив расположения батальона, заодно и расстояние сократим. А БТРы потом подтянутся.
На этом драндулете и выскочили на пригорочек, как раз перед батальоном. А по нам – шквал огня! Потом ребята из батальона рассказали, что просто обалдели от наглости «духов»: только что обстреляли позиции, а через полчаса вновь появились, да еще на открытом месте.
Со мной в машине было еще трое разведчиков. Мы ракеты пускаем: «Не стреляйте! Свои!» Стрельба не сразу, но прекратилась.
Подъехали ближе:
– Чего по своим палите?
– «Свои» все дома сидят. А с этой машины нас полчаса назад обстреляли.
Через некоторое время подошли БТРы. Из их бронированного чрева вытащили «чехов»:
– Вот кто по вам стрелял!
Как оказалось, все задержанные: и «лесник», и «скотник», и экипаж «кабриолета» – прекрасно знали друг друга, так как состояли в одной банде.

СМЕРТЬ РАЗВЕДЧИКА

19 мая 1995 года два БТРа разведчиков попали в засаду у Бачи-Юрта. К этому моменту части ОДОНа стали стягивать со всей Чечни в район Хасавюрта, в поле Гамиях – для дальнейших действий в Но-жай-Юртовском районе. Это была так называемая тактическая группа «Восток». Первый полк ОДОНа находился в Гудермесе, и ему была поставлена задача выйти на Ичхой-Юрт.
Разведчики пошли на изучение маршрута. Трасса Гудермес – Хасавюрт занята боевиками, пришлось искать обходные пути. Через Белоречье, с южной стороны Гудермесского хребта, группы разведчиков дошли до Бачи-Юрта. В нескольких километрах от этого населенного пункта их обстреляли со склона горы боевики, выскочившие на трех мотоциклах с колясками. Ответным огнем два мотоцикла были уничтожены, а один стал уходить к Бачи-Юрту. Наши рванули за ним в надежде получить ценного «языка».
По дороге к селу располагался ряд ферм. Поравнявшись с ними, мотоциклист что-то прокричал и въехал в село. Разведчики не стали входить в Бачи-Юрт: слишком уж далеко оторвались от своих, да и связи с базой не было, через горный хребет радиостанция «не пробивала».
Командир группы разведчиков майор Дмитрий Чуханов принял решение возвращаться. Когда их БТРы поравнялись с фермами, по ним ударили почти в упор, с двадцати метров. Спешились и, прыгнув в канаву, открыли ответный огонь.
Одной из первых пуль был смертельно ранен в голову Чуханов. Упав с БТРа, уже фактически мертвый, на рефлексах, поднялся, медленно пошел рядом с БТРа-ми. Сел в канаву вместе с бойцами, положил на землю винтовку, схватился за голову и упал на бок. Его бойцы потом признались, что подобное зрелище не для слабонервных – их мертвый командир продолжал еще какое-то время воевать.
В том бою почти сразу погибло еще шесть человек, трое были тяжело ранены. В живых остались только стрелки и водители бронетранспортеров.
Старший лейтенант Васюченков, тоже раненый, распорядился загрузить тех, кто не мог двигаться, в БТР (тела убитых собрать не было возможности) и отходить. Сам остался прикрывать.
Скрываясь за высокой травой, он вышел к постройкам рядом с фермами и открыл огонь по неприятелю с фланга. Вел бой, пока не расстрелял весь БК.
Когда оставшиеся в живых бойцы сумели добраться до своих, по тревоге был поднят «Витязь».
Прибыв на место трагедии, бойцы «Витязя» увидели, что трупов уже не было – только лужи крови и характерные следы боя. По офицерскому жетону удалось обнаружить разве что место гибели Саши Васюченкова. Перед смертью Саша сорвал его с себя и отшвырнул в сторону, – мы его нашли. И, видимо, в последние мгновения жизни написал своей кровью на стене сарая краткое: «ОДОН».

ЗЛОСТЬ И БОЛЬ

Мы взяли местных авторитетов и провели с ними работу. Мне выпала роль «злого следователя». Хватал их за грудки, тряс, орал: «По телевизору Самашки видел? Сейчас вам устроим!» (Редкий случай, когда антироссийская пропаганда работала на нас.) «Вах! Видэл Самашки! Вах, нэ надо Самашки! Зачем Самашки!» И они бросались ко второму, «доброму» офицеру: мол, трупы отдадим, все сделаем, только успокой этого бешеного.
Трупы отдали все, кроме Сани Васюченкова. А тут на меня вышел начальник разведки 76-й, Псковской, ВДД. Он сообщил, что чеченцы из Новогрозненского привезли к ним тело бойца, судя по обмундированию, разведчика. В этом районе действовали только десантура и мы. У них все были целы, так что это – наш.
Причем чеченцы тело обмыли, привезли на хлебовозке. Они рассказали, что тело к их селению подбросили бачи-юртовские, видимо, для того, чтобы спровоцировать против них репрессии: «Мы нормальные люди, нам эта война не нужна, и бойца вашего убитого нам крайне жаль». Мы взглянули на труп. Точно – Саня.
Чуть позже захватили нескольких его убийц. Допросив их, сумели представить себе последние минуты его жизни.
Своим огнем Саня сумел здорово прижать противника, благодаря чему БТРы ушли практически беспрепятственно. Боевики спохватились и начали охватывать его позицию с флангов. Раненный в живот, с перебитыми ногами, разведчик продолжал вести бой. Лишь после того, как у него закончились боеприпасы, чеченцы сумели подойти к нему.
Саня, видимо, уже умирал от потери крови. В одной руке держал автомат, в другой – пистолет, которые он продолжал направлять на подошедших чеченцев, впустую нажимая на спусковые крючки. Подойдя, боевики вырвали оружие у истекающего кровью офицера и завели свою обычную в таких случаях песню: «Что, отвоевался, да, отвоевался!» Васюченков откинулся назад к стене сарая. Он смотрел как бы сквозь них и улыбался, словно его взгляду открылось что-то радостное. Как признался допрошенный нами боевик, последними словами офицера были: «А у меня ребенок родился». Кто-то из чеченцев дважды выстрелил ему в голову из пистолета.
Когда Васюченков уезжал в Чечню, его жена была беременна. Родилась девочка, ее назвали Сашкой, в честь отца.
По моему глубокому убеждению, он достоин звания Героя России. Попав в критическую ситуацию, он позаботился обо всех и обо всем. Кроме себя.
Один из бойцов-контрактников был ранен в обе ноги. Одну ногу ампутировали, вторую с большим трудом «собрали». Пролежал он в госпитале полтора года. Там познакомился с медсестрой, они поженились, сейчас ребенок растет. Инвалиды на гражданке не нужны. Мы сумели добиться, чтобы его оставили у нас. Сейчас он служит техником разведроты. Скажу без преувеличения – специалист экстра-класса.

«ЭДЕЛЬВЕЙС»

Одна из особенностей этой странной войны, которая доводила нас буквально до бешенства, – это то, что одни и те же села мы проходили и зачищали по нескольку раз. В конце концов я настолько изучил местность, что мог воевать там с завязанными глазами.
Довелось мне побывать начальником разведки группы «Эдельвейс», которую возглавлял генерал В. Шаманов. Думаю, что действия этой группировки были примером высокоэффективной и слаженной работы подразделений и частей различной ведомственной подчиненности: МО, Внутренних войск, милиции.
В состав группы входили две мотострелковые бригады, отряд спецназа и полк Внутренних войск, а также приданные силы – СОБР и ОМОН. С ней я прошел по второму, а кое-где даже и по третьему кругу через Гудермесский хребет, через все эти аулы – Алерой, Центорой, Бачи-Юрт, Шали.
Тактика борьбы с боевиками была детально отработана. Действовали так: бригады обходят село, выставляют на господствующих высотах танки и пушки, наводят прямой наводкой на село. Делалось это демонстративно, так, чтобы противник мог лицезреть стволы внушительных калибров. Как правило, этот аргумент был весьма убедительным.
Первыми в селение входили Внутренние войска. Вторым эшелоном шла милиция, которая занималась проверкой паспортного режима, поиском оружия. Если же завязывался бой, то ВВ осуществляли непосредственно силовую акцию, действовали, как таран, а омоновцы и собровцы проводили зачистку от боевиков. Все это было организовано настолько грамотно, что никаких проблем не возникало. Не было и никаких межведомственных разногласий.
Как правило, мы располагали исчерпывающей информацией о количестве оружия в селении, о наличии боевиков. Вплоть до того, что могли сообщить командирам штурмовых групп, на какие из домов следует обратить особое внимание.
Добиться от чеченцев сотрудничества бывало не слишком сложно. В том же Бачи-Юрте я знал, в каком доме какой боевик живет. Там был ценный информатор, который пошел на контакт по причине властолюбия: «Только, командир, когда уезжать будете, скажи, что я буду здесь начальником». Он представил мне подробнейшие списки. Включил туда, правда, и всех своих личных врагов. Но каким бы я был разведчиком, если бы использовал только один источник информации…
Войска еще приступают к одной деревне, а мы уже работаем в следующей. Всегда старались создать себе солидный задел, чтобы командующий имел информацию для принятия решений. И выходило у нас неплохо.


Публикацию подготовил Борис Джерелиевский
Александр Березовский
Журнал «Солдат удачи» №12 / 1999 г.
http://otvaga2004.ru/voyny/wars-ussr/wars-caucas/ot-samashek-do-bachi-yurta/

ЗАСАДА НА КОЛОННУ 245 МСП ПОД ЯРЫШ-МАРДЫ

ЗАСАДА НА КОЛОННУ 245 МСП ПОД ЯРЫШ-МАРДЫ
Бой у Ярышмарды — эпизод Первой чеченской войны, в ходе которого 16 апреля 1996 колонна 245-го мотострелкового полка российских войск была почти полностью уничтожена отрядом чеченских боевиков под командованием Хаттаба. Бой произошёл в Шатойском районе Чечни на расстоянии 1,5 км от моста через реку Аргун севернее села Ярыш-Марды и возле него
Сражение
Полковая колонна шла на Шатой по трассе Старые Атаги — Чири-Юрт — Дуба-Юрт — Дачу-Борзой — Ярышмарды.

Бой начался в 14:20, когда колонна полностью переехала мост через реку Аргун, а её головная часть проходила мимо Ярышмарды. Первыми были подбиты головная и хвостовая машины колонны. Командирская машина с первых минут боя была подбита, а старший колонны майор Терзовец П. Д. был убит.

В 14:40 командир 245 мсп подполковник Романихин услышал звуки разрывов, которые доносились из ущелья.
В 14:45 Романихин поставил задачу командиру разведывательной роты, находящейся в Аргунском ущелье на временных блок-постах, выдвинуться навстречу колонне, уточнить обстановку и при необходимости оказать помощь.
В 15:30 разведрота федеральных сил, выдвинувшаяся из блок-поста в Аргунском ущелье на помощь колонне 245-го полка, попала под сильный огонь и вынуждена была остановить продвижение.
В 16:00 командир полка высылает бронегруппу во главе с командиром 2 мсб, которому ставится задача обойти Ярышмарды, огнём танков и БМП уничтожить огневые точки противника и прорваться к колонне совместно с разведывательной ротой. Одновременно подполковник Романихин ставит задачу своему заместителю подполковнику Иванову, который находился под населённым пунктом Гойское с 1 мсб, выслать бронегруппу со стороны 324 мсп с той же целью.
В 16:50 командир 2 мсб доложил, что огнём танков уничтожил два пулемётных расчёта на южной окраине Ярышмарды и продвигается к колонне. В 17:30 он же доложил, что вышел к колонне. В это же время подошла бронегруппа со стороны 324 мсп.
В 18:00 бой закончился, вооружённые отряды чеченских боевиков прекратили огонь и покинули место боя.

Потери
Потери российских войск согласно докладу Л. Я. Рохлина составили 73 военнослужащих убитыми, 52 ранеными, уничтожены 6 БМП, один танк Т-72, одна БРДМ, 11 автомобилей. По другим данным убитых было 76 (Новая газета) или 95 человек (Казаков А. М.).
Потери боевиков неизвестны.

Общественный резонанс
Расстрел колонны 245-го гвардейского мотострелкового полка был предметом рассмотрения на заседании Государственной Думы Российской Федерации. 26 апреля 1996 года председатель Комитета Государственной Думы по обороне Л. Я. Рохлин в своём докладе возложил ответственность за гибель колонны на Министерство обороны и на руководство страны

Рассказ одного из участников боя:
Примерно в 14.00 тронулись. В 14.10 прошли Чишки и перед входом в ущелье дернули затворами. Аркаша говорит: “Смотри, одни женщины и дети”. А мне буквально вчера ребята из 324-го полка примету рассказали: “Если на дороге мужики, бабы и дети – все нормально. Если же одни бабы – кранты, скоро засада”.

Колонна растянулась на “тещином языке” (это серпантин такой). На нем наливники еле разворачивались, а уж МАЗы, которые неисправную технику тянули, вообще не знаю, как проходили. Все тихо, спокойно. Едем, анекдоты травим. Проехали Ярышмарды, голова колонны уже за поворот ушла, наливники мост через сухое русло прошли. И тут – взрыв впереди, смотрим – из-за пригорка башню танка подбросило, второй взрыв – тоже где-то в голове колонны, а третий как раз бахнул между впереди идущим и нашим наливником. Взрывом оторвало капот, повыбивало стекла. Меня тогда первый раз контузило. Аркаша уже из машины выбрался, а я в двух ручках двери запутался – ну, ошалел просто. В конце концов выпал из кабины. Огонь очень плотный, но я уже начал соображать и от наливника метров на 15 отбежал, несмотря на огонь духов. Нашел какое-то углубление в обочине, затолкал туда свой зад. Рядом боец-срочник залег. Первый шок прошел – наблюдаю, как дела обстоят. А дела неважные. Наливники встали на дороге. Ребята из взвода наливников отстреливаются во все стороны как могут, где духи конкретно, пока неясно. Аркаша из-под колеса своего наливника мочит в белый свет.

Тут мимо меня граната как шарахнет в наливник, что сзади нас шел. Наливник горит. Я прикидываю, что если он сейчас взорвется, то нам всем будет очень жарко. Пытаюсь понять, откуда же эта штука прилетела. Смотрю, вроде кто-то копошится метрах в 170 от нас. Глянул в прицел, а “душара” уже новую гранату готовит... Свалил я его с первого выстрела, аж самому понравилось. Начинаю искать в прицеле цели. Еще один “душок” в окопе сидит, из автомата поливает. Я выстрелил, но не могу с уверенностью сказать, убил или нет, потому что пуля ударила по верхнему обрезу бруствера на уровне груди, за которым он сидел. Дух скрылся. То ли я его все же достал, то ли он решил больше не искушать судьбу. Снова прицелом повел, смотрю, на перекате дух “на четырех костях” в гору отползает. Первым выстрелом я его только напугал. Зашевелил он конечностями активнее, но удрать не успел. Вторым выстрелом, как хорошим пинком в зад, его аж через голову перекинуло.

Пока я по духам палил, Аркаша горящий наливник отогнал и с дороги сбросил. Прислушался, вроде пулемет работает. Сзади что-то подожгли, и черный дым пошел в нашу сторону по ущелью, из-за него в прицел ни фига не видно. Прикинули мы с Дмитрием – так срочника звали,– что пора нам отсюда отваливать. Собрались и рванули через дорогу, упали за бетонные блоки перед мостом. Голову не поднять, а пулеметчик тем временем долбит по наливникам, и небезуспешно. Поджег он их. Лежим мы с Димой, а мимо нас в сторону моста течет речка горящего керосина шириной метра полтора. От пламени жарко нестерпимо, но, как выяснилось, это не самое страшное. Когда огненная река достигла “Урала” с зарядами для САУ, все это добро начало взрываться. Смотрю, вылетают из машины какие-то штуки с тряпками. Дима пояснил, что это осветительные снаряды. Лежим, считаем: Дима сказал, что их в машине было около 50 штук. Тем временем загорелся второй “Урал” с фугасными снарядами. Хорошо, что он целиком не сдетонировал, снаряды взрывами разбрасывало в стороны.

Лежу я и думаю: “Блин, что же это нами никто не командует?” Как оказалось потом, Хаттаб так все грамотно спланировал, что буквально в самом начале боя все управление, которое ехало на двух командно-штабных машинах, было выкошено огнем стрелкового оружия, а сами КШМ так и простояли нетронутые в ходе всего боя.

Вдруг во втором “Урале” с фугасными боеприпасами что-то так взорвалось, что задний мост с одним колесом свечой метров на 80 ушел вверх, и, по нашим соображениям, плюхнуться он должен был прямо на нас. Ну, думаем, приплыли. Однако повезло: упал он метрах в десяти. Все в дыму, все взрывается. В прицел из-за дыма ничего не видно. Стрельба беспорядочная, но пулеметчик духов выделялся на общем фоне. Решили мы из этого ада кромешного выбираться, перебежали в “зеленку”. Распределили с Димой секторы обстрела. Я огонь по фронту веду, а он мой тыл прикрывает и смотрит, чтобы духи сверху не пошли. Выползли на опушку, а по танку, который в хвосте колонны стоял, духи из РПГ лупят. Раз восемь попали, но безрезультатно. Потом все же пробили башню со стороны командирского люка. Из нее дым повалил. Видимо, экипаж ранило, и механик начал сдавать задом. Так задом наперед он прошел всю колонну и, говорят, добрался до полка.
Тогда считать мы стали раны

Прошел час с начала боя. Стрельба стала затихать. Я говорю: “Ну все, Дима, дергаем в конец колонны!” Пробежали под мостом, смотрю, сидят какие-то в “афганках”, человек семь, рядом два трупа. Подбегаем. Один из сидящих поворачивается. О, боже! У него черная борода, нос с горбинкой и бешеные глаза. Вскидываю винтовку, жму на спуск... Поворачиваются остальные – наши. Хорошо, я не дожал. Контрактник бородатый оказался. Он и без меня ошалевший сидит, заикается, сказать ничего не может. Кричу: “Дядя, я же тебя чуть не завалил!” А он не врубается.

В нашу сторону БМП “хромая” ползет, раненых собирает. Ей попали в торсион, и она так и ковыляет. Закинули раненых внутрь, вырулили на дорогу – вокруг машины догорают, что-то в них рвется. Перестрелка почти затихла.

Едем. Где-то ближе к Аргуну на дороге мужики кричат: “Ребята! У нас тут раненые. Помогите!” Спрыгнул я к ним, а машина дальше пошла. Подхожу к ребятам. Они говорят: “У нас майор ранен”. Сидит майор в камуфляже, со знаком морской пехоты на рукаве. Сквозное ранение в руку и в грудь. Весь бледный от потери крови. Единственное, что у меня было, – это жгут. Перетянул я ему руку. Разговорились, выяснилось, что он был замполитом батальона на Тихоокеанском флоте. В это время кто-то из ребят вспомнил, что в машине везли пиво, сигареты, сок и т.д. Я ребят прикрыл, а они сбегали притащили всего этого добра. Лежим, пиво попиваем, покуриваем. Темнеть начало. Думаю: “Сейчас стемнеет, духи спустятся, помощи нет, и нам – кранты!” Решили позицию получше выбрать. Облюбовали пригорочек, заняли его, лежим, ждем. Ребята из РМО мне обстановку показывают. Машины с боеприпасами духи пожгли из РПГ, а те, что с продовольствием, просто посекли из стрелкового оружия.
То ли помощь придет...

Заработала артиллерия, очень аккуратно, только по склонам, и не задевая ни населенный пункт, ни нас. Потом пришли четыре Ми-24, отработали по горам. Стемнело. Слышим, со стороны 324-го полка – жуткий грохот. Оказывается, подмога катит. Впереди Т-72, за ним БМП, затем снова танк. Не доезжая метров 50, он останавливается и наводит на нас орудие. Думаю: “Все! Духи не грохнули – свои добьют с перепугу!” Вскакиваем, руками машем – мол, свои. Танк покачал стволом, развернулся и как шарахнет в “зеленку” в 20 метрах от себя. С этой “подмоги” народу повыскакивало – по траве ползают, вокруг себя из автоматов поливают. Мы им орем: “Мужики, вы что ползаете? Тут же никого уже нет”. Оказывается, это была разведка 324-го полка. Подошел я к офицерам, говорю: “Что вы здесь-то воюете? В голову колонны идти надо!” А они мне: раз ты здесь был да еще и соображаешь, бери десять человек и двигай с ними, куда сам сказал.

Походил я, нашел разведчиков, и двинулись мы вперед. Я насчитал более сорока сгоревших трупов. Судя по тому, какие машины остались целы, у духов была четкая информация, что где находится. Например, медицинский МТЛБ вообще остался нетронутым, только механика из стрелкового оружия завалили, а ЗУшка за ним буквально в сито превращена. Потом мы интересовались, почему помощь пришла так поздно: если бы они пришли на час-полтора пораньше, то в голове колонны кто-нибудь да уцелел бы, а так там до последнего один БРДМ сопротивлялся, в котором почти всех поубивали.

Как рассказали потом парни из 324-го полка, когда они доложили, что в ущелье мочат нашу колонну и неплохо бы рвануть на помощь, им ответили, чтобы не дергались и стояли, где стоят. Помощь пришла к нам спустя два с половиной часа, когда уже все было кончено.
https://superwebmaster.mirtesen.ru%2Fblog%2F43102089110%2FZasada-na-kolonnu-245-MSP-pod-YAryish-Mardyi&post=-46943161_390275

=============================

еще на эту тему
http://www.pravda-nn.ru/archive/number:913/article:14696/

Хронология боя у высоты 776, пользователем ZmeyYuga с форума lostarmour.info

Орфография и пунктуация автора.
СВОЯ ВЕРСИЯ.

Часть 1.
6пдр представляла собой в спешном порядке укомплектованное л/с подразделение (укомплектование продолжалось вплоть до вылета в р-н БД в начале февраля), фактически не прошедшее боевое слаживание ни в ППД, ни тем более в составе ПТГр ввиду отсутствия времени/условий, боевую акклиматизацию подразделение также не прошло. Командир роты вступил в командование незадолго до этого выхода роты на её первую (и последнюю) войну (выполнение бз) и фактически не имел времени для полных ознакомления и оценки состояния и реальной боеготовности вверенного подразделения. Комбат-2 всё это знал. Есть мнение, что нормальный грамотный командир с таким неподготовленным л/с не пошел бы на первую войну подразделения, а если бы и пошел всё таки, то с предельной осторожностью.

Однако, комбат-2 пренебрег столь очевидными выводами. Никак не повлияло на его дальнейшие действия и то, что совершая марш в течение 28.02.2000 в относительно легких условиях и местности на исходный рубеж выполнения задач на 29.02., рота растянулась на марше и опоздала относительно поставленных временных
показателей на несколько часов. Уже это свидетельствовало как о том, что л/с роты физически не готов к выполнению поставленной ему боевой задачи в зимний период на горно-лесистой местности, так и о том, что бойцы нагружены свыше предельных показателей имуществом (в числе множества лишних вещей были самыми
обременительными для бойцов были палатки и печи-буржуйки, а для л/с с/с первых сроков – еще и имущество офицеров, т.к. все офицеры, кроме разведчиков, традиционно совершали марш налегке)

Выводов сделано не было, и дисциплина совершения марша 29.02. на гораздо более трудном маршруте всё так
же отсутствовала. Так, колонна подразделения при подъеме от обрыва берега р. Абазулгол в район отм. 776 растянулась не менее чем 1500м

Мало того, комбатом-2 было принято решение на изменения согласованного ком104пдп маршрута в район выполнения задачи. Вместо выдвижения через блок 3пдр в районе отм. 666 и под его прикрытием на назначенные рубежи (г. Истыкорт) комбат-2 решил выйти на тропу Сельментаузен-Улус-Керт, проходящую по гребням назначенных для выставления блоков высот, непосредственно у отм. 766. Это решение имело много негативных последствий, о которых ниже

На спуске с берегового обрыва, форсировании р. Абазулгол и подъеме на противоположный обрыв подразделение потеряло 3 часа (6:40 вышли к обрыву у реки, а в 9:40 после привала обнаружено исчезновение в неизвестном направлении рядового с прозвищем Хохол (по национальности, фамилию уточнять не буду) и через 30-40
минут на его поиски отправлены офицер и 3 бойца. Так подразделение лишилось 5 в/с из 95 и 1 р/с и приставки Историк из 12 и 7 соответственно

В 10:50 НВФ начинают разведку боем блока 3пдр у отм. 666 (см. первоначальный маршрут). 3пдр, уже оборудовав свои позиции МВЗ, окопами и СПС, легко (всего 1 300) отражает все попытки противника и удерживает свои позиции. Если бы комбат-2 следовал по изначальному маршруту, в этом огневом контакте участвовал бы приданный ему разведвзвод при поддержки с блока 3пдр. В связи с этим эпизодом, и ввиду того, что комбат-2 систематически докладывал на КП ПТГр только ту информацию, которую считал нужной в ущерб создаваемой обстановке, а не реальную обстановку на временные показатели, есть все основания считать, что вверенное ему подразделение весь период боя 3пдр марш не совершало по причине звуков этого боестолновения на своем правом фланге менее чем в 2км от себя по прямой.

Тем временем в 11:10 + 2 мин в первый огневой контакт с разведкой НВФ уже вступил приданный комбату-2 разведвзвод, вместе с шедшим налегке управлением роты поднявшийся на отм. 776 и выдвинувшийся далее по тропе в направлении г. Истыкорт . Ввиду того, что офицеры ВДВ традиционно пренебрегали всеми требованиями распоряжений по маскировке и форме одежды (без СИБЗ, РД/рюкзаков, РПС, только с личным оружием) первым погибшим в этот день стал комроты-6, убитый снайпером, который, как и все офицеры налегке, шел с разведчиками, в отрыве от основных сил своего подразделения и выделялся своим внешним видом даже от серьезно упакованных разведчиков

После этого первого непродолжительного огневого контакта группа НВФ отошла, но, как выяснилось позднее, не прекратила разведку наблюдением за десантниками, которые очень медленно, часто останавливаясь ввиду чрезмерного груза, и растянувшись на 1,5-2км, до самого наступления темноты выходили в р-н отм. 776 и южнее, а также на отм. 787. Частично отсутствие огневого контакта до самой темноты можно объяснить тем, что
начиная с 13:00 в районе работали две пары Ми24, которым, например, удалось рассеять (но не уничтожить – ввиду ошибок авианаводчика десантников) конный отряд в 30-40 бойцов (разведподразделение НВФ).

Все сроки занятия назначенных 6пдр на 29.02. рубежей были сорваны и наверстать потерянное время и условия (такие, например, как освещенность для определения секторов огня или как оттаявший к обеду грунт для инженерного оборудования позиций) было уже невозможно.
С наступлением темноты (29.02.2000 закат солнца около 18:00) передовые отряды колонны НВФ начали движение из пункта сбора (р-н н.п. Улус-Керт) по тропе, проходящей от г. Истыкорт по гребням высот в общем направлении юго-восток, к н.п. Сельментаузен.
Общая численность участников НВФ в колонне по оценкам как самих боевиков, так и по более поздним данным разведки, составляла около 1100 бойцов и 200-300 вьючных животных, что в разы превышало раннюю оценку разведкой СиС НВФ в районе, указанную в БР десантников (200 штыков, из них от 1/4 до 1/5 конных). Следует заметить, однако, что значительный процент участников НВФ в колонне имел ранения и обморожения разной степени, полученные как в ходе прорыва из г. Грозный и отступления к предгорьям, так и уже в февральских боях. Кроме того, возможности колонны на марше были ограничены большим числом уходивших с колонной гражданских (членов семей участников НВФ, включая детей) и некоторым количеством пленных и заложников в плохом физическом состоянии ввиду истощения, ран и постоянных избиений и пыток.

Кроме данных обстоятельств, ограничивающих возможности маневра и временные показатели для колонны на маршруте, при принятии решения на бой командование НВФ руководствовалось полученными в течение дня 29.02. от действовавших в районе разведорганов НВФ данными по группировке СиС ОГВ(с) в районе перехода :
3пдр в р-не отм. 666 блокировала выход НВФ на маршрут по руслу р. Абазулгол,
ЧиП 45орп, Управления В ЦСН ФСБ и 108пдп, оседлавшие хребет Даргендук, блокировали маршруты как по руслу р. Шароаргун, так и вдоль северо-восточных отрогов хребта,
на маршрут по тропе Сельментаузен-Улус-Керт вышли с северо-запада на юго-восток : основные силы сводного подразделения 6пдр (отм. 776 и южнее), взвод 4пдр из состава сводного подразделения 6пдр (отм. 787) и сводное подразделение 1пдр (р-н Мидулхан).
В итоге командованием НВФ было принято следующее решение : поскольку часть колонны (раненые, обмороженные, пленные, семьи) не смогут пройти маршрут вне тропы, а потери в попытках обойти ЧиП ОГВ(с) неизбежны в ходе обстрелов колонны с командных высот и наведения с них огней артиллерии и БШУ авиации, необходимо попытаться минимизировать эти потери, навязав противнику свою волю и уничтожить /заставить оставить позиции блокирующие маршрут части.

Маршрутом выхода из н.п. Улус-Керт в р-н н.п. Сельментаузен была выбрана тропа Сельментаузен-Улус-Керт, а джамааты передовых отрядов НВФ с наступлением темноты получили приказ выдвинуться, атаковать и уничтожить основные силы 6пдр, расчистив маршрут выхода колонны

Поскольку на сегодняшний день в открытый оборот еще не введены материалы из уголовного дела, ЖБД ПТГр (104пдп) и аудиозаписи радиобмена в сетях принимавших участие в бою ЧиП ВДВ, а большинство участников/очевидцев двух ночных боев (вечернего и предутреннего) наручных часов не имело и при указании времени событий ночи 29.02.-01.03. отталкивалось, например, от времени заступления на дежурство/в охранение или совершения религиозных ритуалов, привести здесь поминутный хронометраж боёв пока что не представляется возможным, и весь приведенный ниже хронометраж построен исключительно на субъективных оценках изложенных очевидцами и участниками боя фактов, а также видео- и фотоматериалов, съемка которых осуществлялась участниками НВФ как в ночь с 29.02. на 01.03., так и утром 01.03.

К моменту начала первого ночного боя (ориентировочно 21:30-22:00 : ко времени наступления темноты около 18:00 следует добавить 3,5-4 часа на переход с учетом местности из н.п. Улус-Керт в р-н боя со скоростью хорошо подготовленных групп, развертывание из походного в боевые порядки и доразведку объекта нападения) 6пдр и приданные ей подразделения так и не развернулись из походного в боевой порядок ни в р-не отм. 776, ни на самой отм. 776, ни на отм. 787, равно как не приняли мер по организации и обеспечению возможного ночного боя с занятием круговой обороны.
Какие-либо действия по инженерному оборудованию местности отсутствовали : выставление минно-взрывных средств и сигнальных мин не производилось, к фортификационным работам (оборудованию окопов, ячеек, сооружению СПС) в/с не приступали. Единственными земляными работами, которые осуществили десантники, стал выкоп под командирскую палатку. Пристрелка артиллерии с привязкой наблюдаемых знаков разрывов по местности и назначением видов огней по рубежам проведены не были, хотя характер самой местности в этом районе затрудняет корректуру артогня. Световое обеспечение до самого начала боя не осуществлялось ни силами поддерживающего САДн, ни самостоятельно, осветительными патронами.

Итогом подобных действий/бездействий стала успешная атака передового отряда боевиков, сполна использовавших эффект внезапности и стандартную тактику НВФ того периода : 70-80 бойцов выделялись в две подгруппы, нападения и огневую. Подгруппа нападения (40-50 штыков) обозначала удар по фронту, а основная атака происходила по заимствованному у ЧиП нашего СпН правилу правой руки, во фланг, быстрым перекатом боевых пятерок за рубежи безопасного удаления огней артиллерийской поддержки противника. Огневая подгруппа (20-30 штыков) залповым огнем ПГ/РПГ (по 7-15 гранат в залпе) и пулеметным огнем прижимала противника к земле, в то время как снайперы наносили поражение по командному составу, связистам и вскрытым огневым точкам группового оружия.

В результате скоротечного боя (не более одного часа, определяется в т.ч. по времени поступления приказа сводному подразделению из 1пдр на оставление занимаемых позиций и выдвижение к месту переправы через р. Абазулгол на соединение с 6 пдр ), несмотря на то, что подгруппа нападения НВФ, наносившая основной удар во фланг и тыл 6пдр со стороны р. Абазулгол, т.к. склоны высот со стороны реки более пологие, чем обрывистые скаты к хр. Даргендук, потеряла практически весь свой состав убитыми и ранеными, положение обороняющихся стало критическим.
Был практически полностью уничтожен л/с 3 взвода 6пдр, так и не развернувшийся из походного в боевой порядок на подъеме к отм. 776. Именно фото- и видеоматериалы и описание места гибели 3/6пдр стали источниками слухов и домыслов о том, что рота погибла спящей в спальниках, якобы без боя.
В общем итоге первого ночного боя основные силы 6пдр и приданных подразделений в р-не южнее отм. 776, на подъеме и на самой отм. 776 потеряли более 60% л/с (не менее 40 человек) убитыми и ранеными. Приданный 3/4пдр, выдвинувшийся ранее на отм. 787, нападению не подвергся и в этом бою не участвовал.
Еще более критическим стало после боя положение со связью и потеря управления. Были утрачены сети разведчиков, арткорректор которых успешно отработал ранее при утреннем столкновении разведдозоров. Также была утрачена возможность вызова и корректировки артогня, и так крайне затрудненной ввиду условий местности, по сети кСАБ-САДн, причем связист кСАБ пережил эту ночь и входит в число выживших бойцов 6пдр. Внутриротная сеть де-факто не существовала, поскольку ротный-6 погиб, а офицеры 6пдр не контролировали нахождение р/с в непосредственной близости от себя. В итоге единственной рабочей сетью оказалась открытая частота кпдб-кпдп, на которой по очереди были вынуждены работать кСАБ на САДн и комбат-2 . И помощь в ретрансляции, которую оказали находящиеся на правом берегу р. Абазулгол подразделения 1пдб, никак не компенсировала массовый выход из строя приставок Историк, на которых самостоятельно стерлись ключи ввиду несвоевременной смены/разряда АКБ по вине отсутствия должного контроля со стороны ответственных офицеров.

Командование НВФ действовало предельно грамотно, вовремя прекратив наращивать атакующую подгруппу новыми боевыми пятерками и своевременно отведя остатки подгруппы нападения, разорвав огневой контакт и выведя л/с из-под вызванных огней поддерживающего 6пдр САДн. А вскоре прекратился и снайперский и беспокоящий (из ГП/РПГ) огни по позициям десантников.
Проведенной после боя доразведкой маршрута по тропе, был вскрыт уход 1пдр с блоков в р-не Мидулхан. Поэтому, воспользовавшись тем, что беспокоящий огонь по району, равно как и заградительный по тропе, артиллерией ПТГр не осуществлялся, командиры НВФ выставили несколько блокирующих подгрупп в районах возможного форсирования р. Абазулгол подкреплениями десантникам, и стали ждать медленно подходящее по тропе со стороны н.п. Улус-Керт ядро колонны. Запас по времени имелся и ставка была сделана на усталость противника и крепчающий мороз (для справки – у действующих в те же дни и в том же р-не ЧиП 7вдд имелись многочисленные случаи тяжелых обморожений и несколько бойцов, замерзших насмерть. А ситуация для 6пдр усугублялась невозможностью развести огонь и большим количеством раненых после двух боестолкновений).

В мертвенно-бледном дрожащем свете подвешиваемых артиллерией ПТГр над районом люстр для обеих сторон наступили долгие часы ожидания. Для одних – рассвета, солнца и помощи, для вторых – предрассветного времени. Волчьего времени.
Во временном промежутке между вечерним и предутренним боями в районе отм. 776 происходят несколько огневых контактов :

В период ориентировочно 00:45-02:00 01.03. сводный отряд на 1пдр (пдр, разведвзвод и минвзвод, т.е. последние наличные резервы в распоряжении кпдп-104) предпринимают попытки форсировать р. Абазулгол с задачей эвакуировать раненых и обеспечить выход из боя 6пдр, однако все попытки после форсирования подняться
на обрывы левого берега реки были пресечены пулеметно-гранатометным огнем заранее занявших позиции блокирующих подгрупп отрядов НВФ. Кроме того, кпдб-2 не смог указать маршрут для выдвижения в р-не позиций роты. В итоге, сводный отряд 1пдр был вынужден до утра оставить попытки форсирования р. Абазулгол и отступить.

Часть 2.
Около 03:00 01.03. к основным силам 6пдр присоединился ранее выделенный для выставления блока на отм. 787 3й взвод 4пдр (9пдр вне нумерации рот ПТГр). Выдвижение осуществлялось броском, ввиду чего всё затруднявшее
движение (СИБЗ, РД и т.д) было оставлено на ранее занимаемых позициях. Как ранее отмечалось, блокирование тропы Сельментаузен-Улус-Керт между отм. 776 и 787 силами НВФ не осуществлялось, равно как и атаки на позиции 3/4пдр у отм. 787. Совершение броска 3/4пдр в р-н, занимаемый силами 6пдр, облегчался в т.ч. и тем, что к этому времени прекратилось световое обеспечение поля боя со стороны САДн, а силами 6дпр собственными силами (осветительными патронами) не осуществляюсь. Решение офицеров 3/4пдр на соединение с 6пдр следует считать правильным, так как альтернативными решениями были:

либо оборона против существенно превосходящих сил противника (что под сомнение уже не ставилось) в отрыве от 6пдр на занимаемых позициях, к инженерному оборудованию которых 3/4пдр также не приступал;

либо отход по тропе в сторону оставленных не позднее 22:30 29.02. блоков 1пдр в р-не Мидулхан с риском
быть настигнутым превосходящими десантников в способности совершать марши по горно-лесистой местности отрядами НВФ и уничтоженным на марше.

Следует заметить, что понесенные 3/4пдр на подходе к позициям 6др потери с большой вероятностью следует отнести на возможный дружественный огонь со стороны охранения 6пдр. Все источники со стороны НВФ категорически отрицают какие-либо огневые контакты на тропе между отм. 776 и 787 в указанный период времени, равно как и не наблюдалось каких-либо сигналов взаимного опознавания (ракетами, трассерами и т.п.) ни участниками событий со стороны НВФ, ни десантниками, ведшими наблюдение за р-ном боя со стороны хр.
Даргендук и правого берега р. Абазулгол.
Возможной причиной несогласованности действий могло стать то, что единственный канал связи, р/с комвзвода-3 без приставки историк, даже если и сохранила работоспособность в отличие от общей ситуации с АКБ р/с и приставок в сводном отряде 6пдр, могла работать только в открытом режиме (в минусе, впрочем, как р/с сетей кпдб-2 к тому времени) со всеми вытекающими отрицательными последствиями.

Ответить на главную группу вопросов по периоду между ночным и предутренним боями – почему не были задействованы все СиС ОГ ВДВ или даже ОГВ(с) для вывода 6пдр из боя или деблокирования попавшего в неполное окружение сводного подразделения – на сегодняшний день не представляется возможным вне уголовного дела, заведенного в марте 2000г. Были ли это потеря управления подразделением со стороны кпдб-2 (а отсюда и неправильные оценки и выводы), или же боязнь и нежелание нести ответственность за такие потери на первом этапе боя с его стороны с упованием на авось впоследствии, либо это была инициатива кпдп-104 решить не представлявшейся критической (хотя на самом деле являвшейся таковой) ситуацию самостоятельно или с минимальным привлечением соседей (108пдп) – все версии пока что представляются равновероятными.

Тем не менее, такие силы и средства, способные кардинально изменить ситуацию в р-не отм. 776 и 787 у командования ОГВ(с) были. Например, гсадн Мста-С и реадн БМ Ураган из р-на Урус-Мартан, или ТРК Точка-У, которые через пару месяцев будут применяться практически в том же районе в ходе операции армейского спецназа по уничтожению засадных групп ПЗРК НВФ. Наземную часть операции могли провести силами своих рот наиболее подготовленные и боеспособные части ОГВ(с) - отряды специальной разведки, имевшие для этого как средства вывода групп (приданную бронетехнику и вертолетные площадки у ПВД каждого отряда), так подразделения фактически в получасовой готовности выходу на бз (хотя и в нарушение временных нормативов руководящих документов по боевому применению ЧиП СпН).

К 04:30 01.03. один из передовых отрядов НВФ уже расположился на ближайшие двое суток на оставленных 1пдр и минвзводом позициях в р-не Мидулхан, маршрут на н.п. Сельментаузен был свободен за исключением участка тропы в р-не отм. 776 и южнее отм. 776. В связи с тем, что не реализовался ожидаемый сценарий уничтожения 6пдр на отходе (имея в виду то, что десантники были связаны большим количеством раненых, боевиками рассматривалась возможность оставления раненых на позициях и отрыв сохранившей боеспособность группы десантников от НВФ с отходом по демонстративно незаблокированной тропе в сторону отм. 787 и далее имея целью блоки 1пдр, с последующим уничтожением отходящих десантников из засады), командование НВФ сформировало из групп добровольцев нескольких джамаатов штурмовой отряд. В общих чертах повторялась тактическая схема предыдущего удачного ночного боя : оптимальное на том участке местности подразделение численностью в 70 штыков из двух подгрупп – нападения и огневой. Обозначение фронтального удара подгруппы нападения (40-45 штыков) по тропе со стороны н.п. Улус-Керт с основным ударом во фланг и тыл обороняющимся со стороны Абазулгол. Однако на этот бой предугадывались работа артиллерии на огневое окаймление позиций десантников (НЗО) с минимально возможными рубежами безопасного удаления, а потому подгруппе нападения ставилась задача максимально скрытно сократить дистанцию до обнаружения боевиков охранением и первого выстрела.

По оценкам противника, бесшумное преодоление боевыми порядками подгруппы нападения этих 300-250м букового леса и выход на дистанцию последнего броска (менее 100м, в среднем 50м от позиций десантников на момент первого выстрела) потребовало не менее часа времени. Задача облегчалась тем, что гораздо ранее, вскоре после полуночи, прекратилось световое обеспечение поля боя САДн 104пдп, а средствами роты и не осуществлялось. Огонь дежурных пулеметов не велся.

В связи с этим, а также более чем вероятным разрядом АКБ ПНВ, которые еще могли уцелеть у десантников и разведчиков после ночного боя, кпдб-2 и уцелевшие на то время офицеры роты допустили свою очередную, и уже последнюю, ошибку. Ситуация диктовала необходимость развернуть сохранивших боеспособность бойцов в боевые двойки в единой системе огня остатков роты с возможностью своевременной смены боевыми двойками своих позиций и с несением охранения/отдыхом по очереди, что кратно увеличивало и вероятность обнаружения
противника, и количество огневых средств в первом открытии огня.

Вместо этого, разведкой наблюдением со стороны НВФ к началу последнего штурма было выявлено трое бойцов в охранении со стороны тропы и двое – со стороны р. Абазулгол, не прикрытых, как и все позиции десантников, хотя бы на удалении 20-30м МВЗ с применением наличных средств (например, ручных гранат с натяжным датчиком цели).

Именно эти двое бойцов и сделали первые выстрелы в последнем бою шестой роты.

По данным бойцов из подгруппы нападения НВФ, к моменту начала последнего штурма позиций десантников (вскоре после утреннего намаза, т.е. 05:40-05:45 01.03.2000) в живых оставалось 40-45 десантников. Сколько из них имели ранения, сколько раненых в ходе столкновения разведдозоров и ночного боя умерло от ран за семь часов между ночным и предутренним боями, сколько бойцов получили обморожения, замерзли насмерть или уже начали "засыпать" – установить уже не представляется возможным.

Сам последний бой занял не более получаса. Встреченная огнем охранения, подгруппа нападения противника легко подавила эти огневые точки и после применения ручных гранат и залпа ГП одним броском вышла на позиции 6пдр. Эта тактика помогла штурмующим избежать потерь от огневого окаймления позиций 6пдр, которое буквально через две-три минуты после первых выстрелов смогли обеспечить САДн 104пдп и САДн 108пдп.

Не одновременно вступающие в бой десантники производить смены своих позиций не успевали и обнаруживались по вспышкам выстрелов их оружия, ввиду чего на подавление каждой вновь открытой огневой позиции подгруппа нападения смогла последовательно переносить сосредоточенный огонь сразу из 2-3 и более автоматов и пулеметов при кажущемся численном равенстве сторон. В ходе продвижения по позициям и при выходе к месту сбора раненых, боевиками сразу производился контроль обнаруживаемых тел.

В 06:10. 01.03.2000 комбат-2 последний раз вышел в сеть кпдб-кпдп, после чего последняя из двух его р/с ушла с дорожки навсегда.

А через несколько минут после этого прекратилась и артиллерийская поддержка со стороны обоих САДн. В то
же время, до наступления рассвета (06:45-07:00) по приказу командования ОГ ВДВ артиллерией (САДН ПТГр 7вдд, САДН ПТГр 76вдд, САДН ПТГр 106вдд и одной из приданных ОГ ВДВ реабатр БМ Град) наносились как удары по ранее заявленным арткорректировщиком 6пдр целям, так и ставились ПЗО с переносом в глубину от занимаемых 6пдр позиций, последствия чего особенно наблюдались позднее на подъеме от р. Абазулгол в р-н отм. 776. В связи с этим следует особо отметить, что информация о том, что 6пдр или её часть якобы были уничтожены огнями своей артиллерии, является не более чем слухами и домыслами и опровергается всеми имеющими фактами.

К моменту прекращения огня (07:00 01.03.), только САДн 104пдп на поддержку сводного отряда 6пдр и световое обеспечение боя за весь 29.02.-01.03. израсходовал более 1280 снарядов всех видов, одно орудие из десяти вышло из строя по техническим причинам, остаток боекомплекта на огневых позициях дивизиона составил менее 200 снарядов. Первоначально (столкновение разведдозоров и начало ночного боя) взрыватели ставились на удар, а затем дивизион перешел на стрельбу с установкой взрывателей на фугас.

Несмотря на огни артиллерии, сразу по завершению боя на позициях 6пдр, колонна НВФ продолжила свое движение и уже в светлое время суток 01.03. расположилась на днёвку в р-не южнее н.п. Сельментаузен –Дуц-Хоте и в самих н.п. Замыкание осуществляли два отряда :
как минимум до 09:00 01.03.2000 в районе боя 6пдр (южнее отм. 776, отм. 776 и подъем к отм. 776 от р. Абазулгол) один отряд НВФ занимался сбором трофеев, поиском и временным захоронением своих убитых, а также отчетными фото- и видеофиксацией ;
как минимум до ночи с 02.03. на 03.03. еще один отряд НВФ находился на оставленных позициях 1пдр в р-не Мидулхан, осуществляя наблюдение за районом и прикрытие рассредоточивающейся колонны, часть которой уходила далее на юг, а другая часть оставалась в р-нах Сельментаузен-Махкеты-Элистанжи для перехода к действиям малыми группами.